Очерки истории

[Вениамин Зорин]

Хваленый пресловутый Карлсен
Илья Мильштейн Избранное Сноб


...Спорт, как известно, есть имитация войны в мирное время. Оттого многие международные спортивные состязания тогда, во второй половине ХХ века прошлого тысячелетия были отражением политики в противостоянии двух миров, и шахматы не явились исключением. Выигрывают наши значит коммунизм продолжает победное шествие по планете. Спасский сливает Фишеру и шествие приторможено, и это настоящая трагедия для советского народа и для начальства. То есть основание для жесткой проработки утратившего чемпионский титул, хотя на сей раз и без особых последствий. Ибо холодная война продолжается, и на смену поколению, уступившему корону американцу, приходит новое во главе с Анатолием Карповым. Правда, он не сыграет матч с Фишером, навсегда ушедшим после Рейкьявика из больших шахмат, но корону нам вернет.

Зато он сыграет с Виктором Корчным, и не раз. С Корчным гражданином СССР, которого одолеет в финальном матче претендентов в Москве. И с Корчным-невозвращенцем, врагом народа, клеветником, национал-предателем. Его он победит в Багио и в Мерано.

Эти матчи станут кульминацией в столкновении коммунистического Востока с антикоммунистическим Западом. Поскольку Корчной, запросивший политического убежища в Голландии, переселившийся в Швейцарию, не желавший подниматься со стула при звуках советского гимна перед началом матча, стал живым воплощением антисоветского бунтарства. Живой мишенью для агитпропа. Живой надеждой для недобитой пятой колонны в СССР. Ну и неожиданным подарком для всякого рода, понимаете ли, диверсионно-подрывных центров дальнего зарубежья. Дескать, и евреи с немцами из коммунистической России уезжают, кому удается, и писатели оттуда бегут, и музыканты, и танцоры, и оперные дивы, и фигуристы. А вот и шахматист сбежал.

Подготовка Карпова к матчу на Филиппинах была многоплановой, но исчерпывалась ходившим тогда анекдотом. «Тренер мне сказал, якобы объяснял приятелю своим детским голоском Анатолий Евгеньевич после возвращения, что у нас была атомная бомба, но она нам не понадобилась». В самом деле, для фронта и для победы задействованы были все средства, начиная с чисто профессиональных (на Карпова работали лучшие шахматисты страны, делясь с ним, по приказу начальства, сверхсекретными своими наработками) и кончая средствами спецслужб в широком смысле. Включая парапсихологию.

Тогда, в 1978 году на весь мир прогремело имя Владимира Зухаря, доктора медицинских наук и признанного в узких кругах колдуна-экстрасенса. О его сверхчеловеческих способностях говорили разное, но речь в действительности шла не о гипнозе, скорее, о самовнушении. Корчной был мнителен и верил в то, что на игрока можно воздействовать со стороны, вот Зухаря и привезли в Багио, дабы он раздражал своим присутствием претендента. С этой задачей доктор справился.

Однако враги тоже не дремали. На помощь Виктору Львовичу поспешили индийские йоги из секты «Ананда Марга», временно нейтрализовавшие Зухаря. Тут неверующие в нечистую силу были окончательно посрамлены: советский знахарь бесславно покидал зал, а претендент при деятельной помощи зарубежных целителей явно ободрялся духом, и в неудачно начатом матче внезапно наступил перелом. В 31-й партии Корчной сравнял счет, оба соперника одержали по пять побед, по правилам побеждал тот, кто выиграл шесть партий.

Фантастическая драматургия матча сопровождалась кафкианской советской пропагандой. Точнее, фигурой умолчания, которой нет среди шахматных фигур, зато она нередко используется тоталитарными режимами и авторами антиутопий. Имя Корчного вообще не упоминалось в сообщениях из Багио. Писали так: очередная, мол, партия чемпиона мира Анатолия Карпова с «претендентом» (или «опасным противником») завершилась вничью. Иными словами, невозвращенец разделил судьбу посаженных и расстрелянных в тридцатые годы, имена которых вымарывались из истории и из памяти народной.

32-я, последняя партия стала торжеством парапсихологии в шахматах и в противостоянии двух систем. Согласно джентльменскому соглашению, заключенному между сторонами, йогам следовало покинуть Филиппины, и Зухарь не должен был сидеть в зале в первых рядах. Индийские гости уехали. Советский гипнотизер занял место в четвертом ряду. «Это было джентльменское соглашение, оно обязательно лишь для джентльменов!» со смехом прокомментировал ситуацию руководитель нашей делегации, когда организаторы приступили к нему с вопросом: мол, как же так?..

Корчной проиграл. Карпова принимал и награждал в Кремле лично дорогой Леонид Ильич, счастливый и недовольный одновременно. «Взял корону держи!» проговорил генсек своим неповторимым голосом и погрозил пальцем чемпиону. Анатолий Евгеньевич радостно засмеялся.

Так играли в шахматы при коммунистах и при капиталистах.

[Вениамин Зорин]

Петля Мухиной.

Самая трагичная история
советской гимнастики.



Михаил Хорошилов
12/08/2015 в 20:50


20 ярких лет активности, побед, надежд
и еще 26 полной неподвижности.

Елена Мухина могла стать чемпионкой на московской Олимпиаде, но страшная травма, полученная за несколько недель до соревнований, кардинально изменила ее жизнь. На сборе перед Играми гимнастка решила без страховки и тренера выполнить сложнейшую связку. До этого она была лидером сборной СССР, а вот «после» уже было совсем другим спортсменка недокрутила, врезалась в помост головой и сломала шею. Операцию 20-летней гимнастке провели не раньше чем через сутки, а кто-то говорит через три дня. Мухина навсегда осталась парализованной.

Тренера Елены, отсутствовавшего на базе в Минске, звали Михаил Клименко. Он взял Мухину 14-летней и решил, что ее козырем будет специально созданная сложнейшая программа до того Клименко работал только с мужчинами. Через три года Елена стала второй в многоборье на первенстве СССР и выиграла три золота на отдельных снарядах на чемпионате Европы в Праге, представив там прежде неизвестный элемент на брусьях, который впоследствии был назван в честь нее «петля Мухиной». В следующем году она победила в общем зачете чемпионата страны и завоевала три золота на мировом первенстве в Страсбурге. На награждении Мухина не смогла сдержать слез.





Говоря, что ее никто не отпустит, Мухина в первую очередь имела в виду Клименко. Тренера она слушалась беспрекословно. Были травмы, сильные боли, но Клименко не реагировал на жалобы. Напротив, он обвинял свою подопечную в том, что она делает себе поблажки, ленится, капризничает. Лена продолжала работать.

Первая серьезная травма случилась в 1975 году во время Спартакиады народов СССР в Ленинграде. После неудачного приземления у гимнастки произошел отрыв остистых отростков шейных позвонков. Мухина оказалась в больнице, не могла поворачивать шею. Тем не менее ежедневно после врачебного обхода Клименко забирал гимнастку в зал, снимал ортопедический ошейник, и она тренировалась до вечера. В тот момент спортсменка почувствовала, как стали неметь ноги; узнала ощущение слабости, впоследствии ставшее для нее привычным.

Далее переломы, сотрясения, повреждения суставов и голеностопов, выбитые пальцы, мышечные травмы. Елена Вайцеховская, как и Мухина выступавшая за ЦСКА, запомнила ее такой: «Она выглядела заторможенной, часто плакала. Как-то сказала, что не успевает полностью перейти проспект перед спорткомплексом ЦСКА, пока горит зеленый свет не хватает сил. При этом ее произвольная программа практически на всех снарядах продолжала оставаться сложнейшей в мире».

Мухина не решилась бросить гимнастику после чемпионата мира-1978 и на показательных выступлениях осенью 1979 года в Англии сломала ногу. Провела полтора месяца в гипсе, после чего выяснилось, что кости разошлись. Ей снова наложили гипс. Клименко не стал дожидаться выздоровления и отправил Мухину тренироваться в зал на одной здоровой ноге.








«Она тогда вообще в команду не попадала. Из-за этого беда и случилась. Клименко очень хотел, чтобы Мухина в Москве выступила. Никто не сомневался, что команда завоюет олимпийское золото, и он надеялся стать тренером олимпийской чемпионки. Загнал ли он гимнастку? Именно. У Лены безумно болела нога, а он заставлял работать», рассказывала Лариса Латынина.

Усложняя программу Мухиной в преддверии Олимпийских игр, Клименко включил в нее новый элемент в вольных упражнениях: после фляка и сложнейшего прыжка (полтора сальто с поворотом на 540 градусов) приземление должно было происходить головой вниз в кувырок. Этот элемент назывался «сальто Томаса» и был взят из мужской гимнастики. По воспоминаниям Мухиной, она неоднократно говорила тренеру, что ей не хватает скорости и высоты для выполнения нового элемента, что сальто Томаса крайне опасно, так как она рискует сломать себе шею. Клименко же считал, что новый элемент не несет опасности для Мухиной и не пожелал услышать свою ученицу.

«Я несколько раз видела свое падение во сне, говорила Мухина. Видела, как меня выносят из зала. Понимала, что рано или поздно это действительно произойдет. Я чувствовала себя животным, которое гонят хлыстом по бесконечному коридору. Но снова и снова приходила в зал. Наверное, это судьба. А на судьбу не обижаются».





По наиболее распространенной версии, Клименко, уезжая, запретил Мухиной самостоятельно тренировать сальто Томаса на помосте, только в поролоновую яму. Но спортсменка все же решила исполнить программу полностью, включая новый элемент. Свидетелем злополучного падения стала гостренер сборной СССР, ныне комментатор по спортивной гимнастике Лидия Иванова, у которой свое видение истории.

«В тот день Лена неважно себя чувствовала, но тренер настоял, чтобы она сделала прогон, показала всю программу с максимальной сложностью в вольных упражнениях, рассказывала Иванова. В одном из сложных прыжков, когда Лена уже пошла в воздух и начала закручиваться, она то ли расслабилась, то ли подвел травмированный голеностоп: Мухина недокрутилась и со всего размаху ударилась о ковер. К Лене подбежали, она была без сознания, померили давление по нулям. Когда проверили ноги они не откликались. Перелом позвоночника! Ее сразу перевезли на самолете в Москву, оперировать взялся доктор из клиники на Красной Пресне. Операция была очень сложной, жизнь Лене спасли, но вернуть здоровье уже не смогли. Она так и осталась навсегда парализованной».

Иванова не уточнила, какой именно тренер настоял на полном прогоне программы; также остается непонятным, как получилось, что в Минске не смогли прооперировать гимнастку сразу после ее падения. Немедленное хирургическое вмешательство могло значительно облегчить положение Мухиной. Но в тот день у врачей нужной квалификации были то ли выходные, то ли отпуска.





Нина Лебедева, методист по лечебной гимнастике и массажу спинально-мозгового отделения 19-й московской городской больницы, описывала травму спортсменкиследующим образом: «У нее случился анатомический разрыв, а это перелом шейных позвонков с повреждением спинного мозга. То есть к моменту операции начались необратимые процессы. Анатомический разрыв это, повторюсь, не только повреждение позвоночного столба. При такой травме пострадавший обречен на неподвижность, а без операции на верную смерть».

После первой операции последовали другие, но видимых результатов они не принесли. Гимнастка оставалась почти полностью парализованной: не могла стоять, сидеть и даже держать ложку. Двигательная активность сохранилась только у плечевого и локтевых суставов. Около года она провела в спинальном отделении столичной больницы, после чего вернулась в московскую квартиру. Мухина обращалась к Валентину Дикулю, создателю методики по реабилитации заболеваний опорно-двигательного аппарата. Но через пару месяцев серьезных физических нагрузок ее вновь госпитализировали стали отказывать почки, и занятия пришлось прекратить.

Несмотря на всю безнадежность ситуации, Елена не утратила интерес к жизни. «После всех этих бесчисленных операций я решила, что если хочу жить, то из больниц мне надо бежать. Тогда же поняла, что надо кардинальным образом менять отношение к жизни. Не завидовать другим, а учиться радоваться тому, что мне доступно. Иначе можно сойти с ума. Поняла, что заповеди «не думай плохо», «не поступай плохо», «не завидуй» не просто слова. Что между ними и тем, как человек себя чувствует, есть прямая связь. Я стала чувствовать эти связи. И поняла, что по сравнению с возможностью думать отсутствие возможности двигаться это такая ерунда», признавалась Мухина.





Сальто Томаса через некоторое время после травмы Мухиной
было запрещено правилами в женской спортивной гимнастике.



Тем не менее забыть своего тренера, который так и остался в памяти тесно связанным с кошмаром прошлого, гимнастка не смогла. Она заметно сдала, когда узнала, что Клименко, вскоре после трагедии уехавший с семьей в Италию, вернулся в Москву. Встречаться с ним Мухина категорически отказалась.

Елена умерла 22 декабря 2006 года. Она никогда не жаловалась.
Она приняла испытания, выпавшие на ее долю,
и показала другим пример достойного поведения в самой безысходной ситуации.

[Вениамин Зорин]

Письма Виктора Астафьева о войне, Сталине и Жукове,
«генеральской правде», криках «ура»,
непохороненных героях и о том,
как на самом деле погиб
Александр Матросов.

ОБЩЕСТВО

23:00 05 мая 2009

30 100168

• 
  
• 
  
• 
  
• 
  
• 
  

«Новая газета» (№ 42) писала о том, что выходит в свет книга писем Виктора Астафьева «Нет мне ответа Эпистолярный дневник. 19522001 годы». Ее составитель и издатель Геннадий Сапронов предоставил газете право выбрать для публикации...

«Новая газета» (№ 42) писала о том, что выходит в свет книга писем Виктора Астафьева «Нет мне ответа Эпистолярный дневник. 19522001 годы». Ее составитель и издатель Геннадий Сапронов предоставил газете право выбрать для публикации несколько писем из 800-страничного тома. Накануне 9 Мая мы публикуем те, которые даже в радостный День Победы не позволят забыть, какой ценой она досталась нашему народу.

28 декабря 1987 г., Красноярск.

В. Кондратьеву

Дорогой Вячеслав!

Прочитал в «Неделе» твой отлуп «наследникам». Зря ты их и себя утешаешь все мы его «наследники», и, если бы не были таковыми, у него и у его сторожевых псов основы не было бы. Мы и жертвы, и претворители его. Я тоже только раз, перед нашей первой артподготовкой, видел на снарядах, приготовленных к заряжению, написанное «За Сталина», а «ура» вообще ни разу не слышал, хотя воевал в более благоприятные времена, на фронте, бестолково наступавшем, но это ничего не решает, Вячеслав. Все мы, все наши гены, косточки, кровь, даже говно наше пропитаны были временем и воздухом, сотворенным Сталиным. Мы и сейчас еще во многом его дети, хотя и стыдно даже себе в этом признаться. Слава богу, что уже не боимся, а лишь стыдимся.

Я совершенно сознательно не вступил на фронте в партию, хотя во время нашего стояния 1944 года политотделы, охваченные бурной деятельностью, махали после боя руками, клацали зубами и болтали своими языками, загоняя всех в партию, даже целые взводы делая коммунистическими. Не миновало это мероприятие и наш взвод, наполовину выбитый, а мы делали работу за целый взвод война-то никуда не делась. Делали хуже, чем укокошенный взвод, копали уже и неглубоко, разведку вели тяп-ляп, связь была вся в узлах, радиосвязь полевая вообще не работала. Спать-то ведь и нам часок-другой надо было, и есть хоть раз в сутки требовалось. Как я увернулся, одному богу известно!

Но видевший расстрел людей в Игарке, знавший о переселении «кулаков» такое, что и во сне увидеть не дай бог, ведавший о строительстве Норильска и не всё, но достаточно много получивший объяснений о книге «Поднятая целина» в пятнадцать лет от очень «осведомленных» бывших крестьян, с которыми лежал долго в больнице, и там, хихикая от восторга, прочитавший этот штрейкбрехерский роман, особенно вредный и «нужный» в ту пору, сам понимаешь, я, «умудревши», созрел, чтоб не иметь дел с той, которая поименовала себя сама «умом, совестью и честью эпохи»! Совесть это, надо полагать, Сталин, ум это, несомненно, Хрущев, ну а честь это уж, само собой, красавчик чернобровый Брежнев.

Кстати, его преемник, о котором Миша Дудин так точно написал: «Извозчик выбился в цари и умер с перепугу», не стыдился писать, что в 1944 году учился в высшей партшколе, этак тоже, оказывается, шкуру спасали, и кто-то помогал ее спасать! А мы той порой, мальчишки, съеденные вшами до костей, делали работу один за пятерых, а то и за десятерых. Нам не до Сталина и не до «ура» было ткнуться, упасть, уснуть. От усталости, недохватов, от куриной слепоты много погибло, выходило из строя бойцов. Не тебе говорить, когда отупеешь и обессилишь до того, что одна-единственная мысль в голове шевелится: «Скорей бы убило. Отмучился бы».

А в это время росли тыловые службы, комиссары имели по три машины: легковушку для выезда на всякого рода руководящие совещания, «виллис» у большинства так и остался новым, у нашего бригадного комиссара даже краска американская, качественная, на нем не сносилась, третья машина грузовая, «студебеккер». Там стояли только заправленные «простынями» пишущие машинки и всякого рода вдохновляющие тексты и бумаги, и при них секретарши не старше восемнадцати лет, менявшиеся по мере употребления и отправляемые в тыл для «лечения».

Ох, много, много есть чего скрывать «наследникам»! И я «наследник», да еще какой!
Вот ты помянул Сашу Матросова, а ведь у меня где-то (где-то!) в бумагах лежит вся история его страшной жизни, не по его вине страшной, а по жизни всей системы. Он ведь был перед отправкой на фронт не в РУ, а в исправительной колонии, которая до недавнего времени носила его имя, и только потом пришло кому-то в голову, что нехорошо тюремному предприятию носить имя героя. Воистину героя! Грудью на дзот он, конечно, не бросался. А попавши на верх дзота, пытался вырвать руками или наклонить ствол пулемета к земле, но в дзоте-то сидели не те болваны, коих нам показывают в кино, и кормлены они были получше, чем Саша в штрафной роте, и они его за пулемет стащили сверху и в амбразуру, которую, ты знаешь, даже сытой комиссарской жопой не закрыть, изрешетили парнишку. Но и этой заминки хватило пехоте, чтоб сделать бросок и захлестнуть дзот гранатами. И добро, что борзописец тут скумекал, а не будь его, кто бы узнал о Сашином подвиге. Борзописец тот всю жизнь сулился написать о Матросове правду, да не умел он и не хотел жить правдой!

Но, может, я такой прыткий и «правдивый», у которого были и есть все нравственные данные, чтоб рассказать о своем одногодке правду и написать о ней, да так, чтоб ясно было, что не благодаря Сталину, а вопреки его системе и воле, не глядя на всю угрюмую псарню и велеречивых мехлисов, народ и его истинный сын Саша Матросов шел на фронт и воевал на передовой с честью, подлинной храбростью и достоинством, написал о нем?

Сперва мне жрать нечего было, а когда стало чего жрать, потерять уже жратву не хотелось, потом у меня появилась «лирическая струна», потом нахлынули более «важные» экологические дела, потом я стар и болен сделался, тему Сашину мне уже не по силам поднять и одолеть, а последователи наши пишут о «бичах», проститутках, наркоманах и заворовавшихся продавщицах. Это теперь так важно! А вот о Матросове вроде бы еще нельзя. «На святое замахиваетесь! Мало вам Сталина! Так и до Жукова доберетесь!..»

А между прочим, тот, кто «до Жукова доберется», и будет истинным русским писателем, а не «наследником». Ох, какой это выкормыш «отца и учителя»! Какой браконьер русского народа. Он, он и товарищ Сталин сожгли в огне войны русский народ и Россию. Вот с этого тяжелого обвинения надо начинать разговор о войне, тогда и будет правда, но нам до нее не дожить. Сил наших, ума нашего и мужества не хватит говорить о трагедии нашего народа, в том числе о войне, всю правду, а если не всю, то хотя бы главную часть ее.

Черчилль говорит в своей книге публицистики, что победители в войнах непременно оставались побежденными, и ни одна страна, ни один народ не терпел такого поражения в войне, как Россия и русский народ. Ее, России, попросту не стало. Страшно произносить, но страна-победительница исчезла, самоуничтожилась, и этому исчезновению и самоуничтожению и продолжающемуся неумолимому самоистреблению шибко помогли наши блистательные вожди, начиная со Сталина, и однопартийная система, спохватившаяся спасать страну и народ во время уже начавшейся агонии <>.


1 апреля 1990 г., Красноярск.

Адресат не установлен

Уважаемый Александр Сергеевич!

Ах, как жалко мне Вас огорчать на старости-то лет, да никуда от жизни не денешься.
Я понимаю и Вас, и всех других генералов наших, хвалящихся, ибо никто больше не похвалит. Не за что И Вы, и полководцы, Вами руководившие, были очень плохие вояки, да и быть иными не могли, ибо находились и воевали в самой бездарной армии со времен сотворения рода человеческого. Та армия, как и нынешняя, вышла из самого подлейшего общества это и в доказательствах уже не нуждается. Теперь всем уже известно, кроме Вас, конечно, что потери наши на войне составляют 4050 миллионов, и я повторял и повторяю Вам и на этот раз: не Вы, не я и не армия победили фашизм, а народ наш многострадальный. Это в его крови утопили фашизм, забросали врага трупами. Первая и единственная пока война из 15 тысяч войн, происшедших на земле, в которой потери в тылу превышают потери на фронте они равны 26 миллионам, в основном русских женщин и инвалидов, детей и стариков. Только преступники могли так сорить своим народом! Только недруги могли так руководить армией во время боевых действий, только подонки могли держать армию в страхе и подозрении все особые отделы, смерши, 1-е, 2-е -надцатые отделы, штабы, напоминающие цыганские таборы. А штрафные роты, а заградотряды? А приказ 227? Да за одно за это надо было всю кремлевскую камарилью разогнать после войны. Боясь этого, боясь прозревшей армии, Ваши собратья, понукаемые Верховным, начали расправу над народом. Спасли мы шкуры ублюдкам больше не нужны.

Сбивши внука Бисмарка, побивши шестую армию немцев, что ж Вы не похвалитесь, что немцы тут же округлили эту цифру и разбили под Харьковом (заманив в явный мешок) шесть наших армий? Только одних Ваших доблестных сотоварищей-лампасников под Харьковом одновременно было взято в плен 19 штук, потому что они привыкли наступать сзади и отступать спереди, вот и угодили в полосу сомкнутого кольца сами. В 1943 году! Или о таком позоре: любимец Сталина Мехлис взялся командовать тремя армиями в Крыму, забыв, что редактировать «Правду» и подхалимничать перед Сталиным, писать доносы одно, а воевать совсем другое. Манштейн «танковым кулаком», из двух танковых корпусов состоявшим, подчинив себе по пути на Керчь несколько полевых дивизий, не побоявшись бросить в тылу осажденный Севастополь, так дал товарищу Мехлису, что от трех наших армий «каблуков не осталось», как пишут мне участники этой позорной и кровавой бойни. Мехлис-то ничего, облизался и жив остался. Удрапал, сука!

Я мог бы Вам рассказать, как целую зиму самый крепкий фронт 1-й Украинский уничтожал первую танковую армию противника, и сам товарищ Жуков к весне занялся этим делом. А остатки армии, без техники, без боеприпасов, потерявши большую часть боевого состава, вышли из окружения под Каменец-Подольском, и в 1944 году первая танковая воскресла, преградила путь нашим войскам в Словакию. С нею, с 1-й армией, воевал 4-й Украинский фронт, состоявший из двух армий, в том числе из доблестной 18-й армии (надо ж так бездарно организоваться, чтоб держать штаб фронта ради двух армий!). Им помогал левый фланг 1-го Украинского и правый фланг 2-го Украинского фронтов, но, положив 160 тысяч советских воинов, лавина эта так и не выполнила своей задачи, двинулась на Сандомирский плацдарм, где снова нас ждала неудача

Ах, как мне тоже хотелось бы похвалиться и похвалить Вас! Да за что? За то, что, борясь за свою «генеральскую» правду, Вы забыли похоронить павших бойцов, и косточки их по сию пору валяются по русским лесам, полям и болотам (за границей-то все они прибраны, и я видел не в ГДР, а в ФРГ бережно хранимые могилы наших солдат), или хвалить за то, что, жируя в послевоенные годы, наши мудрые старшие товарищи вспомнили о вояках через двадцать лет, когда их большая часть уже отстрадалась и лежала в земле?

Не надо трогать и прижигать наши раны, генерал! А правды Вам уже не спрятать, как не спрятать и того, что сейчас творится в доблестной сов. армии. А ведь пытались и пытаются спрятать изо всех сил и такие вот блюстители «чистоты мундира», как Вы, изо всех оставшихся сил помогают творить преступление. Еще одно. Да и одно ли? В мирные дни наша армия несет потери большие, чем граф Чернышев, возглавлявший русскую армию в блистательном походе на Париж. Во время Семилетней войны они равнялись тогда шести процентам. Ну если учесть, что от недогляда отвратительной бесплатной медицины, плохого, часто вредного питания у нас умирает двести тысяч детей в год, так что уж говорить о солдатишках, которые и всегда-то при советской власти были вроде соломы, годной лишь для того, чтобы гноить ее и бросать в костер. Чувствую, что Вы мало читали и читаете, так вот, был такой князь Раевский, который на Бородино вывел своих сыновей на редут (младшему было 14 лет!), вот я уверен, что князь Раевский, и Багратион, и Милорадович, и даже лихой казак Платов не опустились бы до поношения солдата уличной бранью, а вы?!

Ох-хо-хо-ооо, всё же из грязи в князи никогда ничего не получалось. Я в День Победы пойду в церковь молиться за убиенных и погубленных во время войны. И Вам советую сделать то же уверяю Вас, поубудет в Вас злобства, спеси и не захочется Вам подсчитывать «напрасные обиды», нанесенные нашим генералам. Нет таких слов, нет такой молитвы Божьей, которая бы даровала им прощенье за мерзко прожитые дни (хотя бы брежневские), но если все вы, снявши мундиры, не бренча медалями, вышли б в русское поле, окруженное пустыми деревнями (одна из причин их опустошения война), если вы встанете на колени и, опустив сивые головы, попросите прощения у Всевышнего, может, он вас и услышит. Это единственный путь к спасению вашей генеральской души, иначе вам смердеть на свете и умереть с темной злобой в сердце.

Вразуми Вас Бог!

Кланяюсь. В. Астафьев

[Вениамин Зорин]

Лето 1995 года

Товарищ Куликовский!

Я благодарю Вас за письмо и прежде всего за то, что Вы подписали его, а то ведь эти храбрые коммунисты подписываются словами «участник ВОВ и труда», боясь за свою шкуру и здесь, в мирной жизни, где писатель, ими отчитываемый или обматерённый, в лучшем случае может наплевать оскорбителю и поучителю в глаза. Благодарю за то, что не унизили звание фронтовика и седины свои каким-нибудь псевдонимом или подписью «ветераны».<>

Я пишу книгу о войне, чтобы показать людям, и прежде всего русским, что война это чудовищное преступление против человека и человеческой морали, пишу для того, чтобы если не обуздать, так хоть немножко утишить в человеке агрессивное начало. А Вам надо, чтобы воспевалась доблесть на войне и многотерпение, забыв при этом, что, чем более наврёшь про войну прошлую, тем скорее приблизишь войну будущую. И те писатели, которых Вы перечислили, продукцию, Вам потребную, поставляли для души Вашей, жаждущей победных радостей, эту радость и преподносили. И постепенно, победно шествуя, сочинили угодную таким, как Вы, героическую войну. А я и сотоварищи мои, настоящие-то писатели и страдальцы, восприняли войну как отвратительную, подлую, в человеке человеческое убивающую. Список Ваших любимых писателей потрясающ, эти покойнички, за исключением Симонова, ничего уже, кроме вздоха сожаления, часто и насмешки, не вызывают. В Вашем списке нет мной уважаемых писателей, есть беспомощные приспособленцы, елеем мазавшие губы советскому читателю. Константин Воробьёв, покойный мой друг, Александр Твардовский, Виктор Некрасов, Василий Гроссман, Василь Быков, Иван Акулов, Виктор Курочкин, Эммануил Казакевич, Светлана Алексиевич вот далеко не полный перечень тех, кто пытался и ещё пытается сказать правду о войне и кого за это согнали в ранние могилы такие вот, как Вы, моралисты, присвоившие себе право поучать всех и объяснять «неразумным» правду да выгонять их за границу, как Солженицына иль того же прекрасного писателя Георгия Владимова. <>

Есть закон у Вашей любимой партии, согласно которому за войну расстреляно миллион человек на фронте, так необходимых в окопах, да ещё двенадцать миллионов в лагерях медленно умерщвлялись и столько же их охраняло в ту пору, о которой всуе упомянутый Вами писатель Богомолов писал, что «на фронте был катастрофический недокомплект». Так вот есть и у писателя свои законы, согласно которым он и пишет, даже свою пунктуацию сотворяет. Уже с первой повести, наивной, простенькой, ущучили меня дотошные читатели, подобные Вам, что на «казёнке» (сплавном плоту с домиком) бригада бывала до двадцати человек, но не менее одиннадцати, у меня же в повести бригада состоит всего из семи человек. А мне так надо, мне удобнее подробно написать семь человек, а не согласно «правде» соцреализма бегло упомянуть двадцать. И если я написал всего двух медичек на переправе, значит, мне так надо. Если написал, что был иней (а он в ту осень был на самом деле) в конце сентября на Украине, то так оно и должно быть. Вот если я схематично, неубедительно это сделал другое дело. Тут мне надо «всыпать», я и сам себе «всыплю» как следует, ибо сам себе есть самый беспощадный критик. Кстати, мой командир дивизиона Митрофан Иванович Воробьёв, <> с которого во многом списан Зарубин, никогда, ни в одном письме не сделал мне ни единого замечания насчёт калибров, расположений и количества орудий, ибо понимал, что такую малость, как 1 + 2 я знаю и без него, и оттого ещё, что был он читатель и человек огромной культуры. И вообще читатель стоящий, человек воспитанный, а больше самовоспитанный, не подавляет никого самомнением, и если сделает замечание не превращает его в обличение, в суд, не сулится послать на Соловки иль расстрелять, четвертовать, «как только мы придём к власти».<>

Степень нашего одичания столь велика и губительна, что говорить о правомерности того или иного суждения уже и не приходится, и я, говоря «нашего одичания», имею в виду не только своё и соседа моего пьяницы и разгильдяя, но и Ваше тоже. Я свое «одичание» сознавал и сознаю постоянно и стыжусь его. Вам и этого не дано. И тут уж не знаешь: завидовать Вам и Вам подобным или нет. Вы так здорово и правильно прожили жизнь (живя семьдесят лет в бардаке, остались целками, как ехидно заметил один современный поэт), что и каяться-то Вам не в чем. Иисусу Христу было в чём покаяться, а владимирскому обывателю Куликовскому не в чем! Один отставной полковник графоман, осаждавший редакции, написал в своё время бессмертный стих. Дарю Вам его на прощанье, потому как он наиболее других произведений соответствует Вашей бодрой морали и нравственным критериям:

Наша родина прекрасна
И цветёт, как маков цвет,
Акромя явлений счастья,
Никаких явлений нет!

Ну, а если всерьёз, то запомните слова поэта Виктора Авдеева, бывшего пулемётчика, умершего от ран ещё в сороковые годы: «Победой не окуплены потери. Победой лишь оправданы они». Почаще их вспоминайте, когда упоения от победных маршей и блудословия победного Вас снова посетят. Не знаю, сколь раз ранены Вы, а я трижды, и заключительная книга романа будет называться «Болят старые раны». У Вас, если верить Вашему письму, ничего не болело и не болит ни раны, ни душа. <>

Прозреть не желаю, бесполезно уже не успеете, да и мучительно прозревать у нас, а здоровьишка, хоть относительного, пожелаю, хотя бы для того, чтоб подумать ещё и вокруг ясным взглядом посмотреть.

Кланяюсь. В. Астафьев


Приобрести книгу писем Виктора Астафьева можно у издателя.
Его сайт www.sapronov-book.ru

[Вениамин Зорин]

Страх прошлого

04.12.2016

Вместо того чтобы к столетию одного из наиболее трагических событий ХХ века честно оценить октябрьский переворот 1917 года и его последствия или хотя бы попытаться подвести черту под смутным временем, стоившим России десятков миллионов жизней и исковерканных судеб, Путин, по существу, призвал снова уйти от этой темы. Неудивительно, ведь сегодняшние российские власти понимают, что правда о причинах Февральской революции, об октябрьском государственном перевороте, о большевистском строе это правда и о них тоже, в значительной степени правда о нынешней системе.

С ОДНОЙ СТОРОНЫ,
НО С ДРУГОЙ СТОРОНЫ

В послании Федеральному собранию президент ничего не сказал о том, как выполнена предыдущая дюжина его посланий. Не сказал он ничего и о выходе из экономического тупика, в котором в последние годы оказалась страна согласно оценкам Минэкономразвития и Центробанка, России предстоит 20 лет стагнации. Речь состояла из записок и докладов ведомств по различным частным вопросам: рождаемости, жилья, сельского хозяйства, оборонно-промышленного комплекса, инфляции, коррупции...

Философия этого послания и вообще позиции по всем мало-мальски сложным и важным вопросам незамысловаты: «с одной стороны, но с другой стороны...» Вот, к примеру, традиционный для советских руководителей пассаж из речи Путина о противостоянии интеллигенции и «ура-патриотов»: с одной стороны, «если кто-то считает себя более продвинутым, более интеллигентным, даже считает себя поумнее кого-то в чём-то, если вы такие, то с уважением относитесь к другим людям», а с другой стороны «считаю неприемлемой и встречную агрессивную реакцию, тем более если она выливается в вандализм». Так проговаривается «желание и рыбку съесть, и плыть на пароходе»: вы не умничайте, а вы поаккуратнее хулиганьте. Суть дела не интересует, позиция нам тоже не нужна, вместо этого будем манипулировать то одних поддержим слегка, то других притормозим.

ЦИТАТА ВНЕ КОНТЕКСТА

Но несколько знаковых тезисов лично от президента все же прозвучали. Например, докладчик вспомнил о величайшей российской катастрофе насильственном государственном перевороте в октябре 1917 года, следствием которого стала гражданская война, массовый террор и в конечном счете распад страны. Путин говорит, что, с одной стороны, «общество нуждается в объективном, честном, глубоком анализе этих событий». Однако, с другой стороны, президент тут же закрывает тему: «Недопустимо тащить расколы, злобу, обиды и ожесточение прошлого в нашу сегодняшнюю жизнь <...> По какую бы сторону баррикад ни оказались тогда наши предки <...>, мы единый народ».

В подкрепление своих слов Путин цитирует текст философа Алексея Лосева о том, что, несмотря на «многие и томительные годы борьбы, недостатка, страданий», «для сына своей Родины все это свое, неотъемлемое свое, родное». Это тот самый Лосев, которого в начале 1930-х приговорили к десяти годам за книгу, открыто отвергавшую марксизм и официальную философию большевиков и определявшую все это как опасный миф. Он отбывал наказание на строительстве Беломорско-Балтийского канала, где почти полностью потерял зрение. Цитата Лосева в президентском послании обрывается и использована вне контекста. Философ Алексей Лосев человек, который «многие годы провел в заточении, гонении, удушении», написал эти слова в совершенно особых обстоятельствах: в августе 1941-го года перед лицом смертельной угрозы народу и стране. Не думаю, что слова человека, который после лагерей и тюрьмы принял монашеский постриг, слова, сказанные еще и в такой момент, могут служить для сегодняшних властей оправданием призыва забыть все то трагическое, что произошло со страной.

Цитируя Лосева, Путин пытается аргументировать, что «уроки истории нужны нам прежде всего для примирения, для укрепления... согласия, которого нам удалось сегодня достичь». Однако на деле это прямое указание мединским и иже с ними никому не позволять ничего анализировать, перекрыть в будущем знаковом году все темы и проблемы «ура-патриотизмом», и близко не допуская выяснения истины и исторической правды. Для сохранения нынешнего положения и несменяемости власти руководство страны подменяет тему исторической памяти бессодержательными разговорами о якобы достигнутом в последние годы «единстве народа». Вместо того чтобы к столетию одной из наиболее страшных трагедий ХХ века исторически честно и непротиворечиво оценить эти события, объяснить их, открыть дорогу в будущее, к новому современному государству или хотя бы попытаться подвести черту под смутным временем, стоившим России десятков миллионов жизней и исковерканных судеб, Путин, по существу, призвал снова уйти от этой темы.

ПОСТИЖЕНИЕ ПРАВДЫ

Не знаю, о примирении кого и с кем в нынешних условиях говорит президент, но примирение возможно только на какой-то основе. Если нет правды и честности в оценках и анализе, если нет смелости смотреть в глаза истории собственной страны, то нет и содержательной основы для примирения. Вместо этого пустые лозунги, призывы и передернутые, вырванные из контекста цитаты.

А между тем в обществе начался реальный стихийный процесс осмысления истории. Вот житель Томска Денис Карагодин нашел имена тех, кто в годы политического террора расстрелял его деда. Расследование прочла внучка одного из палачей, которая не знала, чем занимался ее дед, и попросила прощения у потомков репрессированных «Очень горько это осознавать, очень больно Но я никогда не стану открещиваться от истории своей семьи, какой бы она ни была», написала в ответ женщина.

Вот это самое настоящее постижение правды о своей истории, настоящее единение людей, от которого становится легче на душе. Государству поддержать бы, но нет: на публикацию организацией «Мемориал» списков работников системы госбезопасности с 1935 года до начала 1941-го реакция сквозь зубы. «Существуют диаметрально противоположные точки зрения, причем и те и другие иногда выступают весьма аргументированно», заявил пресс-секретарь президента, отказавшись излагать позицию Кремля по данному вопросу.


СИСТЕМА СТРАВИЛА ЛЮДЕЙ

Примерно так же о репрессиях ранее высказывался и Путин. Почему такое отношение к этим темам октябрьскому перевороту 1917-го, политическому террору 1930-х, темным сторонам советского периода? Почему их хотят героизировать, ну или в крайнем случае демагогически замолчать? Почему, как только возникает сложная историческая тема, начинается «с одной стороны с другой стороны»? Откуда такой страх перед прошлым?

Потому что за доносами, репрессиями, ГУЛАГом, пытками, неправосудными приговорами и расстрелами стоят не просто отдельные люди, хорошие или плохие (люди есть люди со своими слабостями и болью, трагедиями и заблуждениями). За всем этим стоит преступная большевистская система, объявившая себя государством. Это система стравила людей. Это сталинизм сделал многих доносчиками и стукачами. Это идеология большевизма и сталинизма извратила сознание людей и заставила думать, что все эти мерзости из-за «обострения классовой борьбы», что все это имеет оправдание, что все это во имя великой цели, во имя будущего! Это система придумала термин «враг народа», сделав таким образом потенциальным виновным любого! Придумала умышленно, чтобы любого в любой момент можно было казнить, а все вокруг поддержат (до тех пор пока не казнят по тому же обвинению их самих). Огромная страна управлялась с помощью лжи, террора и страха. Власть в России после 1917 года никогда не была легитимной, народной она была страшной для людей, но очень боялась и себя самой, своей реальной истории. Такой и остается по сей день системой, в которой каждый должен постоянно чувствовать себя виновным перед ней: раньше как «враг народа», сегодня как «коррупционер» или «непатриот». Иначе говоря, сегодняшние российские власти понимают, что правда о причинах Февральской революции, об октябрьском государственном перевороте, о большевистском строе это правда и о них тоже, в значительной степени правда о нынешней системе.

Безразличием к нашей реальной истории, к судьбам миллионов соотечественников, к их предкам, к урокам, которые так не хочется извлекать из прошлого, единства народа не достичь. Кладбищенский подход «похоронить и забыть прошлое» не сработает. Мировая история история Европы и России в том числе многократно доказывала, что такие попытки ни к чему хорошему не ведут. Ложью никогда не добиться единства. Только историческая правда способна привести к настоящему единению нации. Примирение и единство достигаются только правдой, соединенной с любовью к своему народу и стране.



Теги новости: репрессии

[Вениамин Зорин]

Elena Berg

3 декабря в 8:34 ·

Георгия Жженова посадили только за то, что в поезде он случайно поговорил с американским дипломатом. Он отсидел 17 лет. Он слышал, как расстреливали, слышал, как женщина кричала: «Только по половым органам не бейте!»

«Ради одного этого большевистского режима больше быть не должно»,
говорил Георгий Жженов.

[wolf_ua]

Для Особо Упоротых Почитателей Убийц: Особая Папка НКВД- Начало Большого Террора И Скорое Его Продолжение

Приказ №00447 наркома внутренних дел Ежова
Операция по репрессированию бывших кулаков, активных антисоветских элементов и уголовников.

Приказ № 00447 устанавливал для каждой местности лимиты по первой и второй категориям. Первая категория означала расстрел; вторая высылку.


И то и другое люмпены проводили без суда и следствия по решению внесудебных органов, так называемых троек, состоявших из председателя областного или республиканского комитета коммунистической партии, начальника местного НКВД и главного прокурора.

Так работал конвеер смерти под названием Советская власть. Такими методами активно шла выбраковка коренного населения царской России оголтелой чернью.


Сталин и Ко. в кругу чекистов. Эти отбросы общества, возомнившие себя вершителями судеб, стояли у истоков Большого террора.
Приказ № 00447 наркома внутренних дел Ежова устанавливал для каждой республики и области лимиты по расстрелам и высылкам. И то и другое предписывалось проводить без суда и следствия по решению внесудебных органов троек, состоявших из председателя областного или республиканского комитета коммунистической партии, начальника местного НКВД и главного прокурора.
По первоначальным лимитам планировалось расстрелять до 75.950 чел., выслать в концлагеря до 193.000 чел

Перед вами телеграммы с мест в ЦК ВКП(б) товарищу Сталину. Часть помечена летними месяцами 37-го года.

По тексту видно, что прикидки были серьезными: где-то были готовы расстрелять четыре тысячи, а где-то и все десять. На каждой телеграмме стоит подпись Сталина синим карандашом Утвердить И.Ст. Ниже ставили свои фамилии все, кому телеграмма была расписана для ознакомления, Каганович, Молотов, Калинин, Микоян, Жданов, Косиор, Андреев Как непосредственному исполнителю шифровки направлялись наркому внутренних дел Ежову, его подпись тоже везде присутствует.


Другая часть шифровок относится к 38-му году. Они тоже идут в Кремль, но в них речь идет уже об увеличении лимитов. Просим ЦК ВКП(б) разрешить дополнительный лимит по первой категории для Иркутской области 4 тысячи человек. Прошу дополнительно утвердить к расстрелу 1000. К осуждению 1500.


Передовики перевыполняли норму. Кто-то повышал надои, кто-то плавил сталь с превышением графика. А кто-то убивал по-стахановски. Десять тысяч человечков благополучно расстреляли, но необходимо еще пару тысяч пустить в расход, так что соблаговолите разрешить, повысьте лимитец.


Резолюции на этих шифровках те же, что прежде. Сталин за. Все остальные, разумеется, тоже за. Ни один не написал против.
Посмотрите на эти документы. Почитайте слова, которые в них написаны.

Эти пожелтевшие страницы говорят об истории нашей страны больше, чем может рассказать любой из ныне живущих. Никаких дополнительных слов не надо, все и так понятно.


Из фондов Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ):


1) Шифровка из Иркутска вх.№ 472/ш отпр. 15-54 26.4.1938
Запрос Филиппова и Малышева на лимиты на 4 тыс.расстрелов в Иркутской области подписи: Сталин, Молотов, Ворошилов, Каганович, Ежов + за: Микоян и Чубарь





2) Шифровка из Омска вх.№ 2662/Ш отпр. 13-30 19.11.1937
Запрос Наумова дополнительных лимитов по Омской обл. на расстрелы (1 тыс. к выбранным 10 тыс.) и концлагеря (1.5 тыс. к выбранным 4.5 тыс.) подписи: Сталин, Молотов, Каганович, Жданов, Ежов.





3) Шифровка из Свердловска вх.№ 1179/ш отпр. 23-23 8.7.1937
Запрос Столяра лимитов по расстрелам, ссылкам и концлагерям по Свердловской обл. 5 тыс. расстрелять, 7 тыс отправить в ссылку и концлагеря. Подписи: Сталин, (Молотов?), Каганович + за: Ворошилов, Чубарь, Микоян.





4) Шифровка 1157/Ш из Новосибирска вх.№ 1167/Ш отпр. 11-56 8.7.1937
Запрос Эйхе на лимиты по расстрелам по Западно-Сибирскому краю 11 тыс. Подписи: Сталин, (Молотов?), (???), Каганович, Ворошилов +за: Чубарь, Калинин, Микоян.
Прямое указание в тексте шифровки на то, что она является ответом на шифровку № 863/ш





5) Хрущёв запрашивает лимиты по расстрелам и концлагерям по Москве и области 6.500+2.000 расстрелов, 23.936+5.869 концлагерей. Подписи: Сталин, Ежов, Каганович, Микоян, Чубарь, Молотов, Ворошилов +за: Калинин.





6) Шифровка из Алма-Аты вх.№ 2748/Ш отпр. 18-30 1.12.1937
Запрос на увеличение выбранных лимитов по Казахстану по расстрелам (было 8 тыс, просят ещё 600 чел. для покрытия перебора) и концлагерям (было 8 тыс, просят ещё 1 тыс для покрытия перебора). Подписи: Сталин, Молотов, Каганович.





7) Шифровка из Грозного вх.№ 1213/ш отпр. 23-20 10.7.1937
Запрос Егорова на лимиты по ЧИАССР на расстрелы (1.417) и высылку (1.256) Кулаками явно названы русские казаки. Подписи: Сталин, Молотов, Каганович, Жданов, Ворошилов +за: Калинин, Чубарь, Микоян.





8) Шифровка из Тбилиси вх.№ 1165/ш, отпр.14-55 8.7.1937
Запрос Берии на лимиты по Грузии на расстрелы (1.419) и высылку/концлагеря (1.562+2.000). Подписи: Сталин, Молотов, Каганович +за: Ворошилов, Чубарь, Микоян.
Прямое указание в тексте шифровки на то, что она является ответом на шифровку № 863/ш





9) Шифровка из Днепропетровска, Марголин, запрос на расстрел 2500, концлагерей 3000. Отпр. 14-01 22.7.1937 Подписи: Сталин, Молотов, Чубарь, Микоян, Ворошилов +за: Калинин.
Прямое указание в тексте шифровки на то, что она является ответом на шифровку № 863/ш





10) Шифровка из Минска, Шарангович (Сталину На вашу телеграмму) вх.№1186/ш отпр.7-15 9.7.37 Подписи: Сталин, Ворошилов, Каганович, Микоян, Чубарь, Молотов +за: Калинин (два раза).




Решение Политбюро ЦК ВКП(б) № П51/94
от 2 июля 1937 г.

94. Об антисоветских элементах.

Послать секретарям обкомов, крайкомов, ЦК нацкомпартий следующую телеграмму:
«Замечено, что большая часть бывших кулаков и уголовников, высланных одно время из разных областей в северные и сибирские районы, а потом по истечении срока высылки, вернувшихся в свои области, являются главными зачинщиками всякого рода антисоветских и диверсионных преступлений, как в колхозах и совхозах, так и на транспорте и в некоторых отраслях промышленности.


ЦК ВКП(б) предлагает всем секретарям областных и краевых организаций и всем областным, краевым и республиканским представителям НКВД взять на учет всех возвратившихся на родину кулаков и уголовников с тем, чтобы наиболее враждебные из них были немедленно арестованы и были расстреляны в порядке административного проведения их дел через тройки, а остальные менее активные, но все же враждебные элементы были бы переписаны и высланы в районы по указанию НКВД.


ЦК ВКП(б) предлагает в пятидневный срок представить в ЦК состав троек, а также количество подлежащих расстрелу, равно как и количество подлежащих высылке».

СЕКРЕТАРЬ ЦК И. СТАЛИН.
[АП, 3-58-212, л. 32]

[wolf_ua]

Часто слышу недовольные голоса сколько понаписано про Сталина, и почти все постыдная демагогия, совершенно запутавшая читателей! Нередки жалобы архивы полузакрыты, важнейшие документы недоступны Особенно задевает, когда иностранцам дают копии, а своих историков к ним не подпускают Но уж совсем изумляет (что еще может изумить, чего мы только не слышали и не видели?), когда все сказано ясно, открыто и прямо, когда информация общедоступна, написанное черным по белому вопиюще, а реакции никакой!..

Открываю книгу Александра Керенского да, того самого, последнего председателя Временного правительства, называется «Потерянная Россия». Издана в Москве, в 2014 году, тираж 3000 экземпляров. Открываю страницу 33, глава называется «Государственная измена Ленина». Приведу десять цитат, дословно, по тексту

(1) «Государственная измена Ленина, совершенная им в самый разгар войны, исторически бесспорный и несомненный факт».

(2) «Измышленная же им теория пораженчества вообще и поражения царской монархии «в первую очередь» психологически вполне подготовила его к осуществлению его теорий путями, которые на обычном языке «буржуазной» государственности именуются предательством и изменой».

(3) «Достаточно следующих немногих слов генерала Людендорфа: «Наше правительство, послав Ленина в Россию, взяло на себя огромную ответственность. Это путешествие оправдывалось с военной точки зрения: нужно было, чтобы Россия пала».

(4) «Измену Российскому государству Ленина и его сотрудников ближайших мы, Временное правительство, установили летом 1917 года самостоятельно».

(5) «Весь аппарат сношений Ленина с Германией был установлен. Были установлены, в частности, и те лица (Фюрстенберг-Ганецкий в Швеции, адвокат Козловский и Суменсон в Стокгольме), через которых шли денежные переводы из Берлина»

(6) «Как раз в дни, когда вспыхнуло в Петербурге большевистское восстание (35 июля), через Финляндию должен был проехать в Петербург главный германо-большевистский агент в Стокгольме Ганецкий. На русско-шведской границе с уличающими Ленина документами на себе это было точно нам известно Ганецкий должен был быть арестован русскими властями».

(7) «я могу только с полной ответственностью перед историей повторить слова из опубликованного сейчас же после июльского большевистского восстания и проредактированного лично мной объявления прокурора С.-Петербургской судебной палаты.

«Каковы бы ни были мотивы деятельности Ленина и его ближайших сотрудников, они образовали весной 1917 года внутри большевистской партии организацию, которая, в целях способствования находящимся в войне с Россией государствам во враждебных против нее действиях, вошла с агентами названных государств в соглашение содействовать дезинтеграции русской армии и тыла, для чего на полученные от этих государств денежные средства организовала пропаганду среди населения и войск». А затем «в тех же целях, в период времени 35 июля, организовала в Петербурге вооруженное восстание против существующей в государстве верховной власти».

(8) «И не будь за спиной у Ленина всей материальной и технической мощи германского аппарата пропаганды и разведки, ему никогда, конечно, не удалось бы взорвать Россию».

(9) «Но мы, Временное правительство, потеряли навсегда возможность документально установить измену Ленина. Ибо ехавший уже в Петербург и приближавшийся к финляндской границе, где его ждал внезапный арест, Ганецкий-Фюрстенберг повернул обратно в Стокгольм. С ним вместе уехали назад бывшие на нем и уличавшие большевиков документы поспешили накануне моего приезда с фронта бежать в Финляндию и сам Ленин и Зиновьев».

(10) «тут же скажу, что в конце октября повторилась та же самая история. Из Стокгольма нам были присланы прокламации о начавшемся уже в Петербурге большевистском восстании дней за десять до его действительного начала».

После цитирования несколько уточнений, комментариев и вопросов.

Начнем с уточнений. А.Ф.Керенский оказался неправ, когда писал о невосстановимости обличающих материалов. В 1958 году американский историк чешского происхождения Збынек Земан опубликовал сборник документов из архивов немецкого МИДа, состоящий из отчетов о финансировании российских революционеров с февраля 1915 до 1918 года. (German and the Revolution in Russia 19151918). Неудивительно, что З.Земан стал главным идеологическим врагом мирового коммунизма, а собранные им документы остались недоступны читателям т.н. социалистического лагеря.

Еще один важный источник монография хотя и не главы русского правительства, но известнейшего историка русского зарубежья Сергея Петровича Мельгунова. Свою книгу «Как большевики захватили власть», впервые изданную у нас в 2005 году, он еще в 1940 году дополнил разделом «Золотой немецкий ключ» к большевицкой революции»

Перейду к комментариям. Большевики стремились захватить не просто Россию, их цель поставить под контроль мышление тех, кого они подчиняли. Для этого ленинцы меняли сам русский язык. Причем, проигрывая, они отступали, признавая роль права и здравого смысла. Поэтому после поражения июльского восстания Ленин бежал в Финляндию. Ну а когда выигрывали, тема иностранных денег и шпионажа исчезала из подконтрольных СМИ. Выяснялось, что «вождь скрывался в Финляндии от ищеек Временного правительства» и вместо «националпредательства» в оборот вводился новояз про «мировую революцию», «диктатуру пролетариата» и «светлое будущее» От этого «фальшивоязычничества» мы не избавились до сих пор.

Прежде чем перейти к выводам, приведу, пожалуй, последний проясняющий сюжет. Представим это, разумеется, фантазия (ох, не накаркать бы!), что сто лет назад враги США протащили там во власть некую продажную группировку, ненавидящую Америку и из поколения в поколение передающую рычаги управления только «своим» Целое столетие прежде цветущая и преуспевающая страна чахнет и деградирует, мир над ней посмеивается, ее боятся и ненавидят. Сами американцы запутались и не понимают, что с ними случилось. А тех, кто разобрался, власти подвергают наказаниям. И тут все выяснилось, открылись документы Смогут ли американцы что-то изменить и чего-то добиться? Вопрос сложный, но не забудем, что, к сожалению, нескольким штатам пришлось отделиться, и тогда дело у них пошло!

Закончу вопросами. Начнем, может быть, с «совсем простого» про историю ХХ века и Первую мировую. Царское правительство в союзе с Антантой выигрывало эту войну. Германский кайзер трижды обращался в Петроград, Париж и Лондон с просьбой «начать мирные переговоры». Но Антанта хотела добить врага, что и произошло даже после предательства большевиков и выхода России из войны. Временное правительство также продолжало действовать под лозунгом «Война до победного конца». А ленинский Совнарком? Поражение России в Первой мировой, как сказал в июле 2012 года президент Путин, акт национальной измены! Ленин сделал все, чтобы проиграть почти выигранную войну и покрыть Россию позорищем Брестского мира.

Интересно, могла ли начаться Вторая мировая, если бы Октябрьский путч провалился? Могла ли поверженная, униженная и жестоко наказанная Германия через каких-то 20 лет вступить в силовое противостояние с ведущими мировыми державами Англией, Францией и Россией (и без СССР!)? Вопрос, конечно, риторический! Как и вопрос о цене создания мертворожденного «международного коммунистического движения», «мирового социалистического лагеря» Кто-то когда-нибудь сможет подсчитать потери и убытки? Где и какой была бы Россия сегодня?

Вопросов возникает великое множество Что скажут авторы концепции единого учебника истории, авторы самого учебника, утверждающие, что наша история едина и непрерывна? Что скажут дети, которые обязаны все это изучать?

Надо ли приостановить деятельность КПРФ и других «ленинских» партий, надо ли провести соответствующее правовое разбирательство?

Когда начнется наш, российский «Ленинопад» и десоветизация?

В годы «советчины» на каждом заборе висел лозунг «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно». Не пора ли наконец написать на Мавзолее: «Лжеучение Ленина Сталина бессильно, потому что оно неверно!». Или лучше убрать сам Мавзолей, чтобы не осквернял Россию, так страшно и долго страдающую почти смертельной красной болезнью!

Игорь Чубайс

[Вениамин Зорин]

Алексей Широпаев:

«Разрушать и сжигать дотла...»

• 5 дек, 2016 в 19:41

5 декабря отмечается годовщина битвы под Москвой - и стоит попытаться внести некоторый диссонанс в царящую официозно-пафосную тональность. Как относилась "родина-мачеха" к собственным солдатам - известно, хотя бы на примере бойни на Ржевском выступе. И точно так же она относилась к собственному гражданскому населению - в частности, к сельским жителям Московского региона. К тому самому русскому народу, за здоровье которого вождь потом поднимет тост в 45-м.

17 ноября 1941 года вышел секретный приказ Сталина № 0428.

Он предписывал: «Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 4060 км в глубину от переднего края и на 2030 км вправо и влево от дорог.
Для уничтожения населенных пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и партизанские диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствам».

Именно во исполнение сталинского приказа № 0428 действовала Зоя Космодемьянская, пытавшаяся в составе одной из террористических групп, сформированных чекистом Судоплатовым, сжечь подмосковную деревню Петрищево (всего же отряд, в котором состояла Космодемьянская, должен был в течение 5-7 дней уничтожить около 10 русских деревень!). Как известно, юная красная фанатичка, успевшая вместе со своими сообщниками спалить три избы, была поймана немцами 28 ноября 1941 года при содействии крестьян, не желавших зимовать на улице (по признанию маршала Жукова, сталинский приказ повсеместно столкнулся с «активным неприятием местных жителей»). На следующий день несчастная «героиня», накануне войны побывавшая в столичном дурдоме вместе с Аркадием Гайдаром («МК» от 01.12.2006), была прилюдно казнена как поджигатель домов. По утверждению писателя Николая Анова, беседовавшего с учительницей из Петрищево, после возвращения совка многих сельчан репрессировали.

Надо отметить, что стратегия «выжженной земли» широко применялась советской военщиной и до появления приказа № 0428. Так, например, газета «Новое слово», издававшаяся на территории, занятой немцами, в номере от 13 мая 1942 года вспоминала события начала октября 41-го в городе Бежица Брянской области:

«Приказ Сталина жечь и уничтожать все при отступлении хорошо знали все жители города Бежицы (Орджоникидзеграда). К этому страшному дню жители с волнением готовились, чтобы спасти свои собственные дома и детей. Около каждого дома были приготовлены бочки с водой, песок, лопаты. У некоторых смельчаков за дверьми стояли вилы и топоры на случай удобного момента угостить поджигателей. 8 октября 1941 года раздался оглушительный взрыв на заводе Красный Профинтерн. Это и был условный знак для поджигателей. Показались клубы черного дыма во всех частях города. Загорелись заводы, склады, магазины, школы, поликлиника, жилища. Город окутался дымом, дышать было нечем. Крики детей и стоны женщин были слышны во всех концах города. Этого страшного дня десятки тысяч жителей Бежицы не забудут никогда».

Из эпопеи Владимира Батшева «Власов» (Франкфурт-на-Майне, 2001/2005) узнаём: согласно Донесению о ходе выполнения приказа Ставки за № 0428, подписанному заместителем начальника оперативного отдела 5-й армии подполковником Переверткиным, уже к 25 ноября 1941 года отступавшей сталинской военщиной было уничтожено полностью и разрушено частично свыше пятидесяти русских деревень Подмосковья (т. 1, стр. 215-217).

Из воспоминаний генерала армии Н. Ляшенко: «В конце 1941 года я командовал полком. Стояли в обороне. Перед нами виднелись два села, как сейчас помню: Банновское и Пришиб. Из дивизии пришел приказ: жечь села в пределах досягаемости. Когда я в землянке уточнял детали, как выполнять приказ, неожиданно, нарушив всякую субординацию, вмешался пожилой боец-связист:
- Товарищ майор! Это мое село... Там жена, дети, сестра с детьми... Как же это - жечь?! Погибнут ведь все!..».

Связисту повезло: до этих сел у советской армии руки не дошли.

Исследователи признают, что «проведение в жизнь приказа № 0428 выгнало на холод не столько немцев, сколько не успевших эвакуироваться мирных жителей. Тысячи женщин, стариков и детей были лишены крыши над головой в суровую зиму 1941/1942 гг.».

Как отмечают, «Геббельс удачно использовал этот приказ в идеологической войне против СССР. На стенах домов в оккупированных городах появились миллионы плакатов, на которых Сталин с факелом в руке поджигал крестьянские избы».

[wolf_ua]

Мерзость запредельная

«Я читал историю болезни Зои Космодемьянской, которая хранилась в архиве психиатрической больницы им. П.П. Кащенко. В этой клинике не раз лежала до войны Зоя Космодемьянская, она страдала шизофренией»



Всё. Для пожизненного исключения из перечня приличных людей этого достаточно. Врачи не обсуждают публично истории болезней пациентов. Это элементарное, общепринятое требование врачебной этики. Ни история болезни, ни диагноз, ни прогноз, ни сам факт обращения к врачу-психиатору не должен быть разглашен. Это я уж не говорю про то, что никаких копий упомянутого документа, вообще никаких признаков его (документа) существования г-н Бильжо не привел и никогда не приведет.


Да, бывают исключения из правил: граждане, нанимающие себе на службу президента, имеют право спросить о состоянии здоровья того, кому они доверят власть, деньги, право начинать войну, награждать и миловать но здесь совсем другой случай. Зоя на должность президента не претендовала и в отличие от Жанны Дарк (которая и не скрывала, что «слышит голоса»), возложить корону на голову одного из претендентов не дерзала.


Амбиции Зои Космодемьянской были гораздо скромнее: в составе группы таких же комсомольцев-добровольцев в лютый мороз и пургу перейти линию фронта, что-то там разведать или взорвать, а если сказочно повезет, то вернуться назад и повторить это еще два-три раза; ничего большего при имеющемся уровне подготовки, оснащения и вооружения от этих «диверсантов» не ждали, да и им не обещали.

И поэтому медицинские диагнозы Зои Космодемьянской никого, кроме командира подразделения, волновать не могли, а уж сегодня о них и вовсе надо бы заткнуться. Но г-н Бильжо продолжает срывать покровы:

«Когда Зою вывели на подиум (какое красивое импортное слово! в реальности это был ящик, известно даже, что из-под лапши) и собирались повесить, она молчала, хранила партизанскую тайну. В психиатрии это называется «мутизмом»: она просто не могла говорить, так как впала в «кататонический ступор с мутизмом», когда человек с трудом двигается, выглядит застывшим и молчит. Этот синдром был принят за подвиг и молчание Зои Космодемьянской Но это была клиника, а не подвиг давно болевшей шизофренией Зои Космодемьянской».



Мы живем в эпоху, когда не знать чего-либо нельзя. Врать, ерничать, повторять чужие глупости можно, не знать нельзя. Не более 15 минут ушло у меня на то, чтобы найти в Сети: акт допроса свидетелей казни Зои Космодемьянской, протокол допроса обвиняемого Клубкова В.А. (один из участников диверсионной группы, которая имела задание сжечь деревню Петрищево), заверенную запись рассказа жителей деревни Петрищево от 2 февраля 1942 г. об обстоятельствах пленения, допроса и казни Зои Космодемьянской. Так быстро найти удалось потому, что всё это собрано на одной странице. Есть там и полный текст приказа Ставки ВГК № 0428 от 17 ноября 1941 г. («разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40 - 60 км в глубину от переднего края и на 20 - 30 км вправо и влево от дорог»)



Из документов однозначно следует, что никакого «кататонического ступора с мутизмом» не было. Проще говоря челюсть не свело. Зоя Космодемьянская могла говорить и говорила, и во время допроса и «на подиуме» только совсем не то, что он неё требовали допрашивающие. Я не буду приводить ни пространные цитаты из протоколов, описывающих обстоятельства этого допроса, ни фотографии, сделанных «у подиума» и не только потому, что считал и считаю недостойным делом заниматься эмоциональным «взвинчиванием» читателя. Тут всё сложнее: полуправда это та же ложь, а других фотографий у меня нет: ни фотографий трех жителей Петрищево (один мужчина и две женщины), которых по приговору советского трибунала расстреляли «за соучастие», ни фотографий трупов женщин и детей, которых во исполнение приказа Ставки в лютую стужу выбрасывали на снег.


Шла война, и у каждого была своя правда. Подписавшие приказ № 0428 Сталин и Шапошников были по-своему правы: немецкая армия оказалась не готова к действиям в таких климатических условиях, и этот фактор надо было максимально использовать мороз подавляет волю солдат противника ничуть не хуже огня и стали. Зоя и её боевые товарищи были во всём правы: они добровольно пошли воевать за Родину, против абсолютного зла, каким, вне всякого сомнения, был гитлеровский фашизм. Они не записывались специально в поджигатели так получилось, такой был приказ. Мог быть другой, но им достался этот: «Сжечь следующие населенные пункты, занятые немцами: Анашкино, Петрищево, Ильятино, Пушкино, Бугайлово, Грибцово, Усатново, Грачево, Михайловское, Коровино. После уничтожения этих пунктов задание считается выполненным. Срок выполнения задания 5-7 дней с момента перехода линии фронта».


А у простых русских баб из Анашкино, Петрищево, Ильятино, Пушкино и Бугайлово была своя правда. Зоя защищала Родину, а они защищали своих детей. И если Родина в лице тов. Сталина решила, что жизнь их детей это приемлемая цена победы, то нужна ли такая победа? Покажите мне человека, который знает ответ на этот вопрос


«Петрищево это наша русская Голгофа». Так сказал недавно министр Мединский, и в этом он был совершенно прав. Евангельская Голгофа не место подвига. Голгофа это место страдания, ужаса, смерти. Может быть, когда-то в будущем, когда наше общество повзрослеет и выздоровеет, там, в Петрищево поставят монумент памяти и скорби и на холодном мраморе золотом запишут имена ВСЕХ погибших. А сегодня всякий, кто берется хоть единым словом прикоснуться к этой теме, должен сто раз спросить себя: как ты это делаешь, для кого ты это делаешь, зачем ты это делаешь? Что есть твое желание «взорвать Интернет» мелким и мерзким скандалом рядом с величайшей трагедией народа?

[Вениамин Зорин]

Жизнь и смерть красавицы-поповны

| ТУТиТАМ


Жила-была одна поповна. Звали её Таня. Жизнь её была короткой всего 18 лет. Родилась она на Тамбовщине, после того как там было подавлено знаменитое крестьянское восстание. Командовал им Антонов, красный командир, который перешёл на сторону народа. А подавлял то есть убивал русских крестьян, которым не нравились большевики-людоеды как известно Тухачевский. Когда его арестовали и до момента расстрела, он, небось, часто вспоминал про то, как трудился палачом. И размышлял о том, есть ли там что-то и спросят ли с него на Страшном суде. Кстати, и люди, которые вели его на расстрел, скорей всего не могли не думать вот как раз об этом. Тема справедливости как-то витала над головой маршала, который перед казнью был предан поруганию.

Головорезы Тухачевского убили не всех, кому в Тамбовской губернии не нравилась советская власть.

Поп, отец Тани, уцелел, хотя немало его коллег полегло. Как странно про это вспоминать сегодня, когда чекисты стоят рядом с попами на службах и тщательно крестятся! Надо же Я не призываю к сносу уцелевших и новых храмов, вовсе нет, но хоть тень последовательности и принципиальности можно было б отбросить на эту тему. Ну, например, чекисты могли б и не ходить в храмы. А пришли, так прежде выгнать оттуда телеоператоров. Запретить трансляцию.

Что касается той старой истории про Таню, то ей было шесть лет дитя несмышлёное! когда на отца донесли: что вот-де скрывается контрреволюционер, он не тот, за кого себя выдаёт! И это всё после антоновского восстания!

Про донос и про спасение известно точно. Кто стукнул? Поди знай. Народ у нас добрый. Но попа предупредили. Скорей всего, кто-то из прихожан спас батюшку и семью его с двумя малыми детьми. Спас от верной смерти или в лагере, или в ссылке.

Они сбежали в Сибирь, там такие просторы, прячься сколько хочешь! Казалось бы. Но и там как-то не сложилось. И вот они поехали прятаться в Москву, где легче было затеряться лишенцам. Товарищ поп всем рассказывал, что он был учителем и избачом, помните про избы-читальни? И детям велел так про него рассказывать. Им же надо было как-то приспосабливаться к новой жизни.

Устроиться в Москве им помогла родственница, которая служила в Наркомпросе.

Читайте также: Игорь Свинаренко: «Патриотизм» в цифрах

Несмотря на эти вот доносы со стороны добрых людей, и на метания по стране, чтоб спастись от чекистов, которые немало священников перестреляли поп умер в своей постели! Слёг, операция на кишечнике, летальный исход. Всё ж на нервах. Небось, опять чекисты стали подбираться к классово чуждым, которые скрывали, что они не того происхождения, да не скрыли. Спрятаться думали?!

Сирота-поповна горевала, но и адаптировалась к Совку. Она даже стала в школе комсоргом! Не в последнюю очередь потому, что она собиралась в литинститут. Нужна была хорошая характеристика. А на второй срок её не избрали. Вот почему? Скорей всего, всплыла правда о её происхождении. Ну и какой после этого литинститут? Спрашивается, зачем нужна советская писательница не рабоче-крестьянского происхождения?

Жизнь пошла наперекосяк, планы рухнули. Стало ясно, что мечты не сбудутся. Сильный удар, мощный стресс для ребёнка! Не удивительно, что поповна попала в психбольницу. Для начала в детское отделение. А после не раз ложилась и во взрослое.

В последний раз она сдалась врачам весной 41-го. Какие диагнозы, какой анамнез? Точно не могу сказать. Историю болезни я не изучал. Версии были разные, одна из них что девочка восстанавливалась после менингита. Это было для чужих, которые любопытствовали, а чего она в дурке лежит?

Ну а потом война. Настал октябрь 41-го. Много мемуаров написано про те месяцы. Как шли в ополчение студенты и профессора. Как бежали на восток бюрократы, нагрузив автомобили личным барахлом. Как грабили магазины. Кто-то готовил списки кого сдавать, когда придут немцы. Стучать, стучать! У нас это любят.

Поповна из Москвы не сбежала. Осталась. Дежурила на крышах, готовая тушить немецкие «зажигалки». Этого ей показалось мало. Таня, чистый человек, не хотела оставаться в стороне от войны. На фронт! Ладно, пошла б зенитчицей, радисткой, санитаркой, это почёт и геройство. Но нет! Она попросилась в диверсионную школу. Брали туда не всех. Надо было ещё пройти собеседование. Проводил его с добровольцами секретарь МГК комсомола Шелепин тот самый, который позже стал председателем КГБ.

Таню взяли. Ну и что, что поповна? Её ж не в идеологический вуз литинститут отправляли, а на верную смерть. А куда ж ещё? Ребёнка, в фашистский тыл, осенью страшного 41-го? Когда самым реалистичным сценарием была сдача Москвы немцам? (Мавзолей даже эвакуировали.)

Сам тов. Шелепин, который посылал детей на смерть, остался в тылу. Впрочем, справедливости ради, надо отметить, что «железный Шурик», так его звали партийцы, обморозил ноги ещё на финской и воевать ему было не с руки. Мог только посылать детей к фашистам на мученическую смерть. (Хотел я сказать добрые слова и не получилось, как всегда.)

Сама она не могла не понимать, на что шла. Да точно понимала! Все слова были ей знакомы с младых ногтей: долг, жертва, искупление. Поповна всё-таки. Думаете, её в комсомоле перевоспитали? Ага.

Возможно, она думала, что вот идёт спасать и семью тоже. Смывать пятно «неправильного» происхождения. И в этом была логика: вот, отправляясь в самый ад, она идёт приносит себя в жертву, чтоб спасти других. И таки спасла! Её младший брат, Саша, был взят в офицеры! Поднялся на социальном лифте, прежде чем пасть в бою.

После трёхдневного обучения, быстро надо, война же Таня была зачислена в отряд который назывался «партизанская часть 9903 штаба Западного фронта». И перед ноябрьскими её в составе группы забросили под Волоколамск. Чем они там занимались первые две недели неизвестно; скорей всего просто устраивались, обживались, готовились умирать. А 17 ноября вышел известный приказ Сталина № 428, в котором в частности говорилось:

«лишить германскую армию возможности располагаться в сёлах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населённых пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и тёплых убежищ и заставить мёрзнуть под открытым небом». Для этого следовало «разрушать и сжигать дотла все населённые пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40-60 км в глубину от переднего края и на 20-30 км вправо и влево от дорог».

Но ведь группа была заброшена в немецкий тыл до этого приказа? Ну и что. Диверсанты ж не сами по себе в лесу прятались, а на базе подготовленной НКВД перед сдачей территории. Рация уж точно была там.

И вот Таню в составе отряда диверсантов отправили на дело. Во исполнение Приказа товарища Сталина им поручили сжечь 10 деревень. Срок неделя. Каждый боец, и Таня тоже, получил сухой паёк на 5 дней. И бутылку водки. Водка-то зачем? А как же, положено по 100 наркомовских в сутки, а раз положено, то вынь да положь.

И ещё каждому (каждой) выдали пять бутылок с коктейлем Молотова и наган.

Их было 20 человек.
Они тронулись, но по пути попали под немецкий обстрел и были почти все перебиты.
Выжила только группа Тани из трёх человек.

И вот эти трое в ночь с 26 на 27 ноября зашли в деревню и подожгли там три дома. Дальше диверсанты рассеялись. Один вернулся на базу, второй был пойман немцами. Осталась только Таня. Она вернулась в деревню дальше её жечь, приказа ж никто не отменял.
Тут надо понять, что если даже в тех трёх сожженных домах и стояли на постое немцы, законные жильцы никуда же не делись. Обычно они оставались в сарае или в подвале и как-то прислуживали постояльцам, получая за это какую-никакую плату хоть харчами, мы много таких историй слышали от стариков, кто остался жить. А уж какая была их судьба когда они стали погорельцами история умалчивает. Может, были расстреляны, или в лучшем случае пошли с сумой Христа ради.

Клеветники Совка отмечали:

«Геббельс удачно использовал этот приказ в идеологической войне против СССР.
На стенах домов в оккупированных городах появились миллионы плакатов,
на которых Сталин с факелом в руке поджигал крестьянские избы».

Как на это реагировать?

Комиссарам было неприятно видеть этот плакат,
но сделать они ничего не могли,
немецкая пропаганда им не подчинялась.

В сети я наткнулся на комментарий некоего сталиниста, кстати, по поводу: «Жесток ли приказ об уничтожении мест возможной зимовки оккупантов? Вне всякого сомнения, как в той или иной мере жесток практически любой приказ военного времени. Но мы должны отдавать себе отчёт, что середина ноября 1941 года самый критический период войны. Речь шла о физическом выживании целого народа, обречённого нацистами на уничтожение. И кто знает, как бы повернулся ход войны, получи немцы возможность зимовки в тёплых домах».

Ну, что тут скажешь изящно, до такой степени что просто слов нет!

Не могу удержаться от цитирования вот ещё какой красоты:

«В случае непосредственной угрозы взятия Москвы немцами, сразу же после отбытия товарища Сталина на восток, НКВД планировал взрыв Химкинской плотины. В результате столица превратилась бы в огромное озеро. Москвичей можно было не жалеть: Сталин знал, что в городе, после бегства большинства евреев и номенклатуры, остались те, кто в целом спокойно, а то и с надеждой ждёт немцев».

Почему нет? Если жгли свои деревни, то отчего не затопить свой город? Сторонники этой версии уточняли, что после этот сталинский план стали приписывать фюреру. Вспоминается Катынь и многое другое, не к ночи будь сказано Это был таки страшный мир.

* * *

И вот Таня пошла поджигать сарай крестьянина Свиридова. Приказ есть приказ, куда деваться, чего уж тут жалеть чужой сарай когда такая война! Сталин же приказал «сжигать дотла все населённые пункты в тылу немецких войск», и никакого исключения для Свиридова не было оговорено. Хозяин сарая, однако же, поймал поджигательницу и сдал властям, на тот момент это была немецкая администрация. «Свиридов за это был награждён бутылкой водки», уж не той ли самой, что изъяли у бедной Тани? Всю ночью немцы её мучили, а утром вывели к виселице, и привесили на грудь табличку: «Поджигатель домов». Сохранилось такое свидетельство: «Когда её подвели к виселице, одна из местных жительниц ударила её по ногам палкой, крикнув: «Кому ты навредила? Мой дом сожгла, а немцам ничего не сделала».

Известно имя этой крестьянки, её потом поймали чекисты и судили, не помню, что с ней стало, как минимум в лагеря отправилась. Ну а что, пришли люди от НКВД жечь твой дом молчи и радуйся. Лес рубят щепки летят. Или горят. Наслаждайся величием момента и причастностью к большой истории. Или как?

Примечательно, что тема огня, пожара потом ещё поднималась. В 1945-м под Кёнигсбергом немцы подожгли самоходку Таниного брата Саши. Он тогда спасся, но вскоре в бою был смертельно ранен.

Дети погибли. Отец давно умер. Осталась в живых и ещё долго после войны жила мать, попадья. Она несла до конца жизни это своё страдание.

Господи, как мне жалко её, отважную красавицу-поповну. Сколько она натерпелась. Прежде чем принять мученическую смерть. Не хочется даже думать о том, что с ней делали фашисты в ту её последнюю ночь. Она настоящий солдат, она герой, она, может быть, даже святая. Я не могу бесстрастно про это думать. Это так неправильно, нехорошо и больно, что в тыл к фашистам на смерть засылали девочек. Это как в пронзительном кино «А зори здесь тихие», только страшней, ужасней.

Зачем приукрашивать то, что было? То, что героиня лежала в психиатрической клинике, разве что-то умаляет? Разве оскорбляет её память? Ни в коем случае. Просто оказалось, что страдания Зои Космодемьянской (фамилия, как видите, церковная, в честь святых братьев Космы и Дамиана) понятно, что это всё про неё, а то про кого же были ещё ужасней, чем нам могло показаться. А радостей в её жизни было ещё меньше, чем нам бы задним числом хотелось

Да, мой друг Андрей Бильжо читал историю болезни Зои (Таня, все помнят, это была её партизанская кличка, или, как теперь говорят, позывной). И он же объяснил, что диагноз не умаляет её подвига. От этой новой правды о войне никому не стало хуже. А стало только страшней при мысли о том, как это легко убивать и умирать, и посылать на смерть детей. Вот про это надо помнить. Война никогда не была весёлым лёгким приключением. Я вижу, как у вас на глаза наворачиваются слёзы, да.

А врач ни в чём не виноват.
Прекратите его травить.

Руки прочь от Бильжо!

[Вениамин Зорин]

Александр Шульман



Советская атака
на израильский ядерный реактор.
Страницы истории





Как СССР планировал
уничтожение израильского ядерного реактора
в пустыне Негев


На эту тему я уже ставил когда-то статью, но краткую и рассматривающую лишь один эпизод. Сегодня все подробно и обстоятельно.

СССР был глубоко вовлечен в арабо-израильский конфликт на стороне арабских стран. На протяжении десятков лет осуществлялись поставки советских вооружений арабам, в их армиях находились десятки тысяч советских военных советников и специалистов. Однако только этим поддержка СССР арабских стран не ограничивалась всякий раз, когда они терпели поражение в войне против Израиля, Москва приводила в полную боеготовность свои ядерные силы. Не последнее место в планах советского руководства занимало уничтожение ядерного потенциала еврейского государства.

Свидетельством существования таких планов стало интервью бывшего командующего Дальней авиацией СССР генерал-полковника Василия Решетникова, показанное 10 мая 2014 года российским государственным телеканалом на арабском языке «Русия аль-Яум». Отставной генерал впервые публично рассказал о планах СССР во время Шестидневной войны 1967 года уничтожить израильский ядерный реактор, что находится в пустыне Негев неподалеку от города Димоны. Итогом этой акции могло стать радиоактивное заражение огромных территорий Ближнего Востока, что привело бы к гибели населения Израиля и соседних арабских стран.

Димона и окрестности

Израиль никогда не подтверждает, но и не опровергает информацию о своем ядерном потенциале, периодически появляющуюся в западной прессе. Как утверждают западные источники, ядерный реактор в Димоне способен произвести количество плутония, достаточное для производства от 100 до 200 ядерных бомб. Этот секретный объект находится под надежной охраной систем ПВО. Относительно недавно вблизи Димоны был возведен радиолокационный центр с двумя самыми большими в мире антеннами радаров их высота достигает четырехсот метров. Эти радары способны контролировать пространство в радиусе нескольких тысяч километров.

Каждый летающий объект, появляющийся там, обречен на уничтожение. Так, в 1967 году во время Шестидневной войны над Димоной был сбит израильский истребитель Мираж, случайно оказавшийся в запретной зоне из-за ошибки пилота. В 1973 году был сбит ливийский пассажирский лайнер со 108 пассажирами на борту, неожиданно изменивший свой маршрут и взявший курс на Димону.

СССР располагал информацией о Димоне еще в начале 1960-х. Так как разведывательное сотрудничество между СССР и Египтом в те годы было очень тесным, очевидно, что СССР передал союзнику информацию об израильском реакторе.

В Москве искали пути к уничтожению израильского ядерного центра совершенно излишнего, по мнению советского руководства. Бывший руководитель ближневосточного отдела МИД СССР, посол по особым поручениям Олег Гриневский в одном из интервью сообщил: «Наша разведка еще в середине 60-х располагала надежными сведениями относительно ядерного потенциала Израиля. Существует информация, что одной из причин развязывания Египтом войны было стремление нанести удар по Израилю прежде, чем эта страна сможет применить ядерное оружие. В военных планах Димона значилась в качестве одной из главных целей».

«Прощупывание» израильской ПВО, охранявшей Димону, началось 17 мая 1967 года. Тогда двум советским истребителям с египетскими опознавательными знаками удалось пройти на большой высоте над ядерным реактором в Негеве. Спустя неделю «МиГи» снова облетели Димону и снова без какой-либо реакции со стороны Израиля.




ЗРК «Пэтриот» рядом с городом Димона,
22 августа 2002 год. Фото: Meir Azulay / AP


Итоги этих рейдов советских самолетов на Димону внушали оптимизм предположения, что успешный прорыв израильской системы ПВО вполне возможен, вроде бы получили подтверждение. По-видимому, с этого времени началась подготовка советского воздушного рейда на реактор в Димоне.

С другой стороны, то, что израильская система ПВО «не сработала» при пролете советских истребителей, вполне могло быть ловушкой израильтяне специально не раскрыли потенциальную мощь своей системы ПВО, чтобы в случае реальной атаки на реактор нанести противнику сокрушительное поражение.

Шестидневная война. 1967 год

Шестидневная война началась 5 июня 1967 года.
В этот день Израиль нанес превентивный удар по союзникам СССР
Египту и Сирии, а также по Иордании.

Потери арабов за шесть дней боев были катастрофическими. По данным Британского института стратегических исследований, они составили: 70 тысяч человек убитыми, ранеными и пленными; были уничтожены или захвачены 1200 танков, более 2500 БТР и грузовиков, более 1000 стволов артиллерии (все эти вооружения были в основном советского производства).
Потери военно-воздушных сил арабских стран составили около 400 боевых самолетов.

В Москве не сразу осознали масштаб катастрофы своих арабских союзников. Только к 10 июня 1967 года стало ясно, что египетская и сирийские армии уничтожены и израильские танковые колонны движутся на Дамаск и Каир. Египетские и сирийские лидеры умоляли советское руководство вмешаться в войну ради спасения своих режимов.

Активное военное вмешательство в войну между Израилем и арабскими странами стало причиной споров в советском Политбюро. Как отмечает израильская исследовательница Изабелла Гинор, мнения там разделились: министр обороны СССР маршал Гречко был решительным сторонником вмешательства в войну на стороне арабов. Его поддерживали руководитель КГБ Андропов и глава Московского горкома КПСС Николай Егорычев. Противниками военного вмешательства были премьер-министр Косыгин и глава МИДа Громыко.




Египетский самолет,
уничтоженный во время шестидневной войны,
июнь 1967 года. Фото: AP


«Косыгин категорически возражал против прямого вмешательства в этот конфликт, рассказывал Егорычев, он упорно утверждал, что мы не имеем никакого права вмешиваться и ни в коем случае не должны этого делать».

Однако 10 июня, когда стало ясно, что арабы разгромлены, руководство СССР передало американцам угрозу прямого вмешательства в войну против Израиля. Угрозу передал именно Косыгин, который отстаивал более умеренную позицию:

«Израиль ведет боевые действия, продвигаясь к Дамаску. Настал решающий момент, когда мы вынуждены в том случае если военные действия не прекратятся в ближайшие часы принять самостоятельное решение. Мы готовы к этому шагу. Однако подобные действия могут привести к столкновению, которое закончится катастрофой. Мы предлагаем вам потребовать от Израиля прекратить военные действия без всяких предварительных условий. В случае если это не произойдет, передайте Израилю, что мы примем необходимые меры, включая военные действия».

В тот же день СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем.

Подготовка к рейду на Димону

Уже 5 июня 1967 года, сразу после начала Шестидневной войны, советские военно-воздушные силы были приведены в полную боевую готовность. Самолеты военно-транспортной авиации СССР образовали воздушный мост, по которому шла экстренная переброска арабам боевой техники.

События развивались стремительно. Как рассказывал генерал Василий Решетников, занимавший в то время пост заместителя командующего авиации дальнего действия, в своем интервью телеканалу «Русия аль-Яум», 10 июня он получил приказ о нанесении бомбовых ударов по ядерному реактору в Димоне и по ряду других целей на территории Израиля. Согласно приказу, для выполнения этой задачи предполагалось использовать тридцать стратегических бомбардировщиков ТУ-16, которые были сконцентрированы на военных аэродромах на Украине и Северном Кавказе. Кратчайший маршрут полета пролегал через Турцию, и потому советские власти срочно обратились к туркам обеспечить свободный пролет советских стратегических бомбардировщиков через турецкую территорию. Это требование было передано Турции еще 5 июня.




Бомбардировщики ТУ-16, июнь 1973 года. Фото: Семен Майстерман / Фотохроника ТАСС


В своих мемуарах генерал Василий Решетников так описывает события тех дней:

Получаю боевое распоряжение: подготовить полк ударных самолетов и нанести бомбовый удар по израильским военным объектам. Следует их перечень.
В один из гарнизонов летит сигнал боевой тревоги. Подвешиваются бомбы, заливаются баки. Летчики и штурманы всматриваются в карты, прокладывают линии пути к целям.

Больше всего меня умилило строгое предупреждение насчет того, чтобы ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не допустить боевых потерь. Но вскоре сообразив, что тут гарантий быть не может, в Москве кого-то осенила счастливая мысль, воплотившаяся в очередное распоряжение: документы у летного состава изъять, звезды на самолетах смыть, а на их место накрасить египетские опознавательные знаки. И чтоб немедленно!А мои закрытые телефоны «ЗАС» и «ВЧ» не умолкают. Указания, противореча предыдущим, следуют одно за другим. Голоса раздраженные, взвинченные, нетерпеливые. Ничего удивительного. Они сами и командующий Дальней авиацией Агальцов, и его штаб сидя под крепким генштабовским прессом, только успевают ретранслировать многоканальный поток грозных приказов и распоряжений, стекавшихся в конце концов в тот замордованный гарнизон.

Черт возьми! С документами ладно в одно мгновение. А где найти смывку, набрать столько краски? Самолетные знаки только издали кажутся крошечными. Их же малевать нужно несколько дней! Мажем наши несчастные кили, фюзеляжи и крылья кое-как. Спешим. Краске нужно подсохнуть хотя бы в течение суток. Но куда там! Накатал и вылетать.

На исходный аэродром, где предстоит дозаправка,
а затем и вылет на боевое задание, отправляем первую пару.

Может, просто поостыв, но Москва потихоньку выпускает пар.
Сначала звонок: вылет по особой команде. Но ее все нет и нет. Потом пришел отбой.
Все облегченно вздохнули командиры, летный состав, насмерть перепуганные семьи.
Вернувшихся с аэродрома дома встречали как уцелевших на войне.

Обрадовался отбою и я, но на душе было скверно. Невольно мутила вся эта унизительная попытка вмешаться в чужую войну по-воровски, исподтишка. А случись кому-то лежать в аравийских песках открестились бы от них, глазом не моргнув.

Неловко было и перед моими ребятами, вовлеченными в эту несостоявшуюся авантюру и проглотившими преподанный им урок вероломства и непорядочности. Да и что мог сделать наш одиночный, пусть даже крепкий удар, если египетская армия, имея крупное превосходство в силах, панически покидала Синай под нахальным шествием израильтян?

Сегодня принята такая точка зрения на причины отказа советского руководства от бомбардировки ядерного реактора в Димоне в июне 1967 года: советское руководство опасалось провала операции из-за мощного противодействия систем ПВО и военно-воздушных сил Израиля. К этому времени Израиль уничтожил ВВС Египта и потому маскировка советских самолетов под египетские стала бессмысленной в случае провала операции СССР был бы обвинен в агрессии против Израиля.

Турция, получив информацию о разгроме арабов, запретила пролет советских самолетов над своей территорией.

Цель: Димона

СССР не отказался от планов нанесения удара по ядерному реактору в Димоне и в дальнейшем всякий раз, когда арабские страны терпели тотальный разгром в ходе очередной Арабо-израильской войны, на свет вновь вытаскивалась испытанная угроза развязывания ядерной войны.

О планах СССР об атаке на ядерный реактор в Димоне во время Войны Судного Дня в октябре 1973 года и во время войны в Ливане в 1982 году недавно рассказал отставной полковник израильской военной разведки Песах Мелубани, ныне являющийся исследователем истории арабских армий.




Израильские войска в районе Голанских высот
во время войны Судного дня, 1973 год.
Фото: AFP / East News


Как пишет Мелубани, в ходе Войны Судного дня к 11 октября 1973 года советскому руководству стало ясно, что его арабские союзники терпят поражение: израильские танковые дивизии взломали сирийскую оборону на Голанских высотах, сирийская армия была уничтожена и израильские войска вышли в предместья Дамаска.

Не менее драматично развивались события и на египетском фронте израильские войска форсировали Суэцкий канал и вели ожесточенные бои, уничтожая окруженную египетскую армию, путь на Каир был открыт.

В этот критический момент, как пишет Мелубани, командир советской ракетной дивизии полковник Игорь Сергеев (будущий маршал и министр обороны РФ) получил приказ о подготовке вверенных ему ракетных войск к нанесению ракетных ударов по перечню израильских целей. Среди целей, перечисленных в приказе, были ядерный реактор в Димоне, нефтехимический комплекс в Хайфе, авиабаза в Рамат-Давид и др.

Первоначально речь в приказе шла речь об использовании ракет с ядерными боеголовками,
однако вскоре приказ был изменен на оснащение ракет обычными боеголовками.

Впрочем, через несколько дней было подписано соглашение о прекращении огня, и этот приказ был отменен.

В третий раз, как отмечает Мелубани, СССР планировал атаковать ядерный реактор в Димоне в начале 1980-х. Тогда в ходе Ливанской войны 1982 года Израиль практически полностью уничтожил советские системы ПВО, находившиеся на вооружении сирийской армии.
Президент Сирии Хафез Асад в ходе своего тайного визита в Москву в июне 1983 года буквально умолял советское руководство раскрыть над Сирией «советский воздушный зонтик». Речь шла о том, чтобы СССР полностью взял на себя прикрытие Сирии от израильских воздушных атак. В переговорах с сирийцами принимал участие заместитель начальника Генштаба Советской армии маршал Сергей Ахромеев.

Советское руководство пошло навстречу мольбам сирийского союзника. Уничтоженную в результате израильских ударов технику СССР заменил новейшими вооружениями, отправленными в Сирию. В их числе были ОТРК «Точка», ЗРК «Оса», ЗРК «Стрела-1» и, что самое главное, ЗРК С-200. При этом Советский Союз не просто заменил уничтоженную и вышедшую из строя технику, он прислал необходимое количество специалистов для того, чтобы было кому сесть за пульты управления этой новейшей техники.

Присутствие в Сирии тысяч советских военных специалистов и поставки туда новейших советских вооружений требовало обеспечения их надежной охраны. Предполагалось, что Израиль может провести операцию по ликвидации советских военных объектов в Сирии. А потому на переговорах сирийцев с маршалом Ахромеевым они вновь подняли вопрос о возможности нанесения удара по ядерному реактору в Димоне как средстве сдерживания возможных израильских атак.

В декабре 1983 года самые худшие предположения подтвердились тогда были атакован ряд советских военных объектов в Сирии. В ходе боев погибли десятки сирийских военнослужащих, обеспечивавших их охрану. Кто осуществил эти диверсионные операции, не ясно и сегодня. Предположительно, это действовали боевики организации «Мусульманские братья», находившиеся в острой конфронтации с режимом Асада.

Тем не менее Димона и тогда осталась неприкосновенной.

[Вениамин Зорин]

"...Над попами издевались до безобразия и над сектантами. Сектанты стоически терпели, не сопротивлялись: «Христос терпел и нам велел». Они были счастливы! Это надо видеть! Святые! С улыбкой переносили все страдания, с каким-то вызовом, с восторгом фанатиков! До последнего вздоха. И умирали, как в рай уходили. Чудо! Это непостижимо, невероятно!

И в лагере тоже издевались над сектантами, главным образом охрана: за невыход на работу, за неповиновение раздевали догола, ставили к проволоке под конвой, обливали водой на морозе. Стоит молодой, худой, стриженый. Улыбается, молится, стоит, за проволоку колючую держится, стоит, не сдает, уже не молится, еще улыбается... уже мертвый стоит. Он в раю! «Христос терпел и нам велел».
...

Дворжецкий В. Я.
Пути больших этапов:
Записки актёра.

- М. : Возвращение, 1994. - 118 с.

[Вениамин Зорин]

Письмо немецкого солдата
Михаилу Сергеевичу Горбачеву.

Widerhall, Karl-Heinz Heubaum,Michail Gorbatschow, Heinz Unruh,Priwolnoje,Charkow,UdSSR,Russland,GPU,NKWD,D eutsche Wehrmacht,Rote Armee,Ilja Ehrenburg,Krasnodar,Mosdok,Herrenmenschen,Zweiter Weltkrieg,


Предисловие:

В 2008 году я прочитал в одной газете обсуждение «Воспоминаний» Михаила Горбачёва. С несколькими пассажами в этой книге я был полностью не согласен, потому что как свидетель того времени лучше знаю, как было на самом деле. В 1942 году я был в качестве командира подчинённой мне группы солдат, которая входила в состав гренадёрского танкового полка 3, входившего в состав 3-й танковой дивизии, в составе военной группы под командованием гауптмана Бёзанга,
расквартирован в деревне Привольное
именно в доме семьи Горбачёвых.

(Ich war 1942 mit meiner Einheit, dem PzGrenRgt 3, das zur 3. Panzerdivision geh&#246;rte, als OB bei der Kampfgruppe Hptm. B&#246;sang in dem Dorf Priwoljnoje einquartiert und im Haus der Familie Gorbatschow.)

Маленькому Михаилу тогда было около 10 лет и, если господин Горбачёв прочитает моё письмо, то он, наверняка, вспомнит о том, как немецкие солдаты вели себя на самом деле, а именно безупречно. Жаль, что в его воспоминаниях об этом ничего прочитать нельзя. Кстати, на моё письмо ему я до сих пор так и не получил ответа.

Уважаемый господин Михаил Горбачёв!

По праву вы будете удивлены тем, что получили письмо от бывшего немецкого солдата. В качестве одного из последних свидетелей того бурного времени я хотел бы со всем причитающимся уважением указать на несколько пассажей из Вашей книги, в которых опубликованы высказывания, совершенно не подходящие Вам уважаемому мной человеку. Только то обстоятельство, что в одной из германских газет был опубликован отрывок из Вашей книги «Воспоминания», заставляет меня, бывшего вынужденного жителя Вашей родной деревни и тем самым свидетеля того времени, в интересах правды и защиты чести моих павших товарищей, напомнить о том, как всё было на самом деле.

Как солдат и офицер я имел едва ли объяснимое счастье пережить ужасные военные и послевоенные годы. Поэтому я могу как более старший человек дать ответ на основе пережитого мною Вам, на Ваши, пережитые в более юном возрасте воспоминания. По Вашему высказыванию в Вашей книге, я был одним из так называемых представителей «расы господ», которые прошли по Вашей деревне, грабя и убивая.

Да, господин Горбачёв, я был в составе моей военной части (военная группа гауптмана Бёзанга Kampfgruppe Hauptmann B&#246;sang) на протяжении многих недель гостем Вашей деревни. Расквартирован я был с несколькими моими товарищами в доме Ваших родителей. У меня были хорошие, даже дружественные отношения не только с Вашей доброй матушкой, но и с другими жителями деревни.

Наш командир, гауптман Бёзанг (погиб в 1945 году) считал себя ответственным за жителей деревни. Моя группа (часть) входила в состав 3-й танковой дивизии. Как с нашей стороны, так и со стороны жителей деревни не было враждебного настроя, вследствие чего не было и партизан. Ещё сегодня я с величайшим уважением думаю о женщинах и матерях, которые вынуждены были влачить в ужасных условиях своё жалкое и горемычное существование.

Причиной этих ужасных жизненных условий были не действия немецких оккупантов. Нет, они были результатом советской политики. Ни в одной другой европейской стране я не встречал столько бедности, убогости и несправедливости, как в так называемой «стране рабочих и крестьян». Жители деревни рассказывали нам, что Красная армия при своём отступлении применила тактику выжженной земли. Это означает, что при отступлении по сталинскому приказу в деревне были реквизированы и уничтожены все продовольственные запасы.

То обстоятельство, что мы вынуждены были жить вместе с жителями деревни в самых стеснённых условиях (наши противники на западе, так же, как и на востоке \оккупированной Германии прим. переводчика\ позже изгоняли жителей из их домов), дало нам уникальную возможность познакомиться с тяжёлым бытом местных жителей, это же обстоятельство вынудило нас делить с ними нашу пищу.

Мы узнали от замученных жизнью людей (в деревне ведь было больше женщин, чем мужчин), что ГПУ арестовало или убило по одному или более членов их семей. Я могу заверить Вас, господин Горбачёв, что нам, молодым солдатам, никто и никогда не внушал, что мы должны вести себя как «представители расы господ». (в тексте используется слово «Herrenmenschen» - прим. переводчика). А Ваша мама осталась в моей памяти, как сердечная, добрая женщина.

В этом месте мои воспоминания вернули меня к образу моей матери, которая в это же время в тысячах километров от меня думала обо мне точно так же, как Ваша мать думала о своём муже, который в это время воевал на фронте против нас. Моя мать писала мне в своих письмах, чтобы я в чужой стране обращался с людьми так, как я бы хотел, чтобы обращались с моими близкими. Ваша мама находила для нас, молодых солдат (нам было тогда не более 18 лет), успокаивающие слова, когда нам приказывали отправляться на позиции.

Мы делили с хозяевами домов, в которых квартировали, нашу еду, мы обязательно и прилично оплачивали тех кур, которые делали сытнее нашу еду. Совершенно убеждённо я ещё раз подчеркну, что наши взаимоотношения с русскими людьми и кавказскими народами были дружественными. К своему письму я прилагаю памятку солдата вермахта, в которой совершенно чётко было указано, как мы должны были себя вести с другими народами.

У нас не было Ильи Эренбурга, который бы призывал нас к совершению преступлений и убийств. Я тогда познакомился со многими чудесными людьми представителями вышеуказанных народов, о которых и сегодня ещё вспоминаю с величайшим уважением. Вы пишете в своей книге, что мы вели себя как ужасные оккупанты и ограбили в Вашей деревне всех жителей. В интересах правды я вынужден сказать у этих бедных людей не было ничего, что можно было бы у них отнять, а если бы, с другой стороны, мы захотели такое сделать, то могли тогда заплатить за это своими жизнями (имеется в виду царившие в вермахте дисциплина и строгие законы, карающие мародёрство , прим переводчика). Я должен сказать Вам, что в этих хатах не было даже самых обычных вещей, необходимых человеку для жизни. Например, не было таких простых предметов быта, как зубные щётки, или других предметов гигиены.

Часов у них было мало, не говоря уже о наручных часах. Ни в одном из этих домов я не видел радиоприёмника, на столбах висели древние громкоговорители, которые сообщали новости из партийных центров. Жители деревни рассказывали нам, что в советское время они могли слушать только то, что предписывала партия.

Вы пишете в своей книге о технических устройствах, которые мы якобы отняли у жителей! Это я тоже опровергаю! Ни в одном из домашних хозяйств и это в таких городах как Харьков или Краснодар и Моздок я ни разу не встретил ни одного технического приспособления. Совершенно неправдоподобным является Ваше утверждение, что мы, «представители расы господ», увезли из Вашей деревни наряду с другими вещами даже чернозём. Ради Бога поверьте, что при отступлении у нас было достаточно других забот: мы должны были предоставить наши машины казачьим семьям, которые вынуждены были вместе со своими семьями бежать от Красной Армии и следующей за ней НКВД.

И в заключение, уважаемый господин Горбачёв, сообщу Вам о маленьком смешном случае. Может быть даже Вы сможете вспомнить об этом эпизоде? Мне как-то захотелось познакомить Вас, живого подвижного мальчишку, с песней о Волге из оперетты «Царевич». К сожалению мой музыкальный талант был никудышным и, вероятно, Вы, тогда ещё мальчишка, подумали, что этот «немецкий чёрт» совершенно сошёл с ума?

Франц Легар.Ария из оперетты "Царевич".wmv - YouTube

Моя честная критика некоторых пассажей из Вашей книги ничего не меняет в моём к Вам позитивном отношении и уважении к Вашим достижениям в политике. Если Ваши дороги снова приведут Вас на мою родину, то я и моя жена попытаемся по всей форме отблагодарить за то гостеприимство, которым я был одарен в доме Ваших родителей.

PS. Я имел невыразимое счастье избежать рук палача из НКВД. Так как массовый убийца Сталин в момент вынесения мне приговора как так называемому «военному преступнику и шпиону» в 1947 году, на некоторое время отменил смертную казнь и я получил 25 лет лагерей (концлагерь).

После 10 лет концлагеря меня выпустили в 1956 году с условным сроком.
18.10.1991 года российская прокуратура меня реабилитировала.

Фото:
Около дома Горбачёвых.






Танец под открытым небом.
Прощание с Харьковом, май 1942 года.

Источник: «Soldat im Volk» - Ju1i/August 2010. Verband deutscher Soldaten e.V., Rheinallee 55, D-53173 Bonn.
karl-heinz.heubaum@t-online.de
Написано 19 октября 2010 года.

[Вениамин Зорин]

Это закон спецназа:
"Кто группу увидел - тот не жилец!"

http://afghan-war-soldiers.ru/index.html#veteran

http://www.vforum.org/forum/t472-2.html#post46684