Венеция-2026. «NAZA» — документальный фильм о гибели мирных жителей в Газе Его авторы, израильские режиссеры, поговорили с 24 военными об этом «сопутствующем ущербе».
«NAZA» — документальный фильм израильских режиссеров Юваля Аврахама и Рахель Шор — показали на Венецианском кинофестивале. Без сомнения можно сразу сказать, что эта премьера — одна из самых резонансных, публика в кинозале приветствовала авторов рекордной овацией, в то время как в соцсетях люди не скрывают своего раздражения: и по поводу темы, и по поводу реакции критиков и зрителей. Аврахам и Шор беседуют в фильме с израильскими военными — и пытаются понять, как те относятся к «сопутствующему ущербу» войны в Газе, то есть к гибели мирных жителей, включая пожилых и детей. Кинокритик Антон Долин рассказывает об этом фильме.
значение, но в моем понимании здесь оно некорректно. Задача в «NAZA» поставлена и решена весьма отчетливо, без манипуляций и передергиваний: исследовать изнутри самой израильской армии способы ведения войны и понять причины массовых смертей среди гражданского населения в Газе (насколько точна и проверена приведенная в фильме статистика — другой вопрос, на него лучше отвечать фактчекерам). Аврахам и Шор не навязывают ни свою политическую позицию, ни моральный кодекс, они не повышают голос и не используют риторические приемы для усиления эмоционального эффекта. Спокойная интонация авторов звучит веско.
Разумеется, такая оценка исходит из доверия создателям фильма и особенно его героям — безымянным и безликим. Если однажды выяснится, что они не те, за кого себя выдают, а их информация не соответствует действительности, это моментально уничтожит репутацию и картины, и ее авторов.
Второй вопрос, менее болезненный и более локальный: в самом ли деле «NAZA» — художественное произведение, которое стоит включать в конкурс престижного кинофестиваля? На мой взгляд, да. Шор и Аврахам наверняка считают себя в первую очередь активистами и только потом уже кинематографистами. Тем не менее образное решение картины впечатляет. Контраст между сравнительно умиротворенной, даже под ракетами и сиренами, жизнью ночного Тель-Авива и творящимся в Газе адом действует очень сильно. Обходясь без шок-контента, авторы делают акцент на человеческом, эмоциональном аспекте войны. Самые мощные переживания рождаются в зрительском воображении на основе рассказов военных и их простейших карандашных скетчей на бумаге.
год назад
Не факт, что «NAZA» — добросовестное журналистское расследование. Тут очевидно предъявлена лишь часть экспертизы по поводу методов ведения войны Израилем, авторы не скрывают своей пристрастности. А вот как кино «NAZA» работает значительно лучше, чем манипулятивный «Голос Хинд Раджаб». Сухость интонации и строгость метода, простота изобразительного решения и отказ от закадровой музыки помогают завоевать внимание и убедить зрителя. Особенно это ощутимо на контрасте с фрагментами эфиров израильского ТВ, включенными в ткань повествования. Почти весь фильм состоит из интервью, но концептуально это ближе не к телепередаче, а к картинам великого Клода Ланцмана, создателя «Цахала», «Почему Израиль?» и «Шоа» (речь о сходстве подхода, а не сравнении художественных достоинств). Недаром портрет французского классика-документалиста мелькает на экране.
Кинематографическим, а не политическим или пропагандистским, кажется и центральный посыл «NAZA». Он удивительно совпал с другим фильмом венецианского конкурса — «Мистер Нельсон, вы убивали людей?» Синьи Цукамото. Культовый японский режиссер экранизировал подлинную биографию афроамериканского ветерана Вьетнамской войны. Путь этого героя к искуплению начался с вопроса, заданного девочкой на встрече в одной из школ: в самом ли деле мистер Нельсон убивал? Ребенку вторит психоаналитик (замечательная роль Джеффри Раша): «Зачем вы убивали людей?» — спрашивает он пациента раз за разом. И тот впервые в жизни вдруг над этим задумывается.
В «NAZA» таких героев — два с половиной десятка, каждый из них — вполне реальный наш современник, а не сыгранный актером персонаж из прошлого. Cолдат выполняет приказы и убивает, чтобы не быть убитым. Но отнимать жизни — ответственность, которую трудно переложить на других. Эта простая (на самом деле ничуть) мысль вполне может сработать как лекарство от прилипчивого вируса войны, продолжающей идти не только на полях сражений, но и в человеческих умах, а также на страницах соцсетей. Подобная гуманитарная миссия важнее любых рецензий и фестивальных призов.
Комментарий